А однажды они подрались на улице, из-за Кристины.
Было время, когда Кристина хотела дружить с Димой, а тот относился к ней несерьезно. Она сама предложила ему дружбу, и тот, решив, что ее можно затащить в постель, как какую-то дешевку, распустил руки. Кристина очень сильно на него за это обиделась, рассказала Макару, и он сразу же отправился выяснять отношения. В уличной драке у Димы шансов против него не было никаких. Шаталов больше домашний мальчик, чем уличный, может, потому и не умел драться по-настоящему, не до первой крови, а до полного уничтожения – или морального или физического…
Давно эта драка была, почти три года назад, и все уже быльем успело порасти, поэтому Шаталов обрадовался ему как родному.
– Здорово, Дима, – сдержанно улыбнулся Макар.
– А ты из армии вернулся? – разглядывая медаль, спросил парень.
Чистенький он, гладенький, ухоженный, одеколоном спрыснутый. Из чистой жизни, где все в розовом свете, где никогда не было кровавой грязи. Он никогда не убивал и не знает, как умирают от пуль и осколков другие.
Не хлебнул солдатского лиха полной ложкой… Нет, Макар его за это не осуждал, но смотрел на него как на чужака.
– Нет, из игры «Зарница», – с беззлобной иронией усмехнулся Макар.
– Шутишь?
– А ты сам как думаешь?
– В Чечне был?
– Да так, проездом заскочил…
– Ну да, там же недавно все началось.
– Недавно? – удивленно повел бровью Макар.
– Ну, сколько там уже конституционный порядок наводят? Полгода, да?
– Где-то так…
Война в Чечне идет. Как бы ее ни называли, это самая настоящая война.
И полгода, что Макар «наводил конституционный порядок», растянулись для него если не на вечность, то уж точно на целую жизнь. Но Шаталову этого не понять. Да и не собирался Макар ему что-то объяснять.
– Ты домой? Садись, подвезу. – Дима с гордостью показал на стоящий неподалеку «Мерседес».
Машина, похоже, не новая, но смотрится хорошо, и черная лаковая краска призывно сверкает на солнце.
– Да ладно, мне тут рядом.
– Я бы не сказал, что рядом, – лукаво сощурился Шаталов.
Он знал, где живет Макар. Это минут пятнадцать пешим ходом. Раз Макар отказывается, значит, просто завидует. Так мог думать Шаталов…
– Ну, если ты настаиваешь…
Не завидовал ему Макар. Это ему завидовать должны: ведь он живым вернулся с войны. Но разве ж Диме это объяснишь?
– Ты как, наверх или в салон? – шутливо спросил Дима. И, поймав удивленный взгляд Макара, добавил с улыбкой: – Ты же, наверное, на броне привык ездить?
Топорная шутка, но Макару она понравилась.
