"
"Незваный гость схватился за край простыни, с силой рванул ее на себя, и Кристина осталась перед ним в одном пеньюаре. В полупрозрачном пеньюаре с открытым низом.
– Точно, нет его здесь!
– А где он? – В комнату вошел высокий худощавый мужчина с длинным и острым носом. Светло-серый костюм нам нем, черная рубашка под пиджаком. А костюм не из дешевых, да и рубашка из натурального шелка. Маленькие хищные глазки бесцеремонно разглядывали обнаженные ноги, которые Кристина тщетно пыталась закрыть руками.
– Дома он.
Я здесь одна.
– А когда он будет?
– Я откуда знаю? – в панике простонала она. – Кто вы такие?
– Да нет, это мы должны спросить, кто ты такая… Тебя Вильям сюда поселил?
– Да, Вильям.
– Ты его баба?
– Я его женщина…
– Красивая женщина, – кивнул остроносый. – Ты мне нравишься.
– Мне тоже, гы! – в похотливой ухмылке растянул губы его дружок. – Никон, может, мы у Вилли аванс возьмем?
– Натурой?
– А чо?
– Ну, если только аванс… Иди ко мне, красивая, должок отрабатывать будешь! – похабно скалился остроносый Никон.
– Я сейчас закричу! – предупредила Кристина.
И тут же пожалела об этом. Лысый вдруг резко подскочил к ней, схватил за волосы, влепил пощечину и заткнул рот. Кристина умудрилась поцарапать ему за ухом, но тут же получила за это кулаком в живот.
Пока она корчилась от боли, Никон разорвал простынь, скрутил из одной половинки жгут, обвязал им запястье ее правой руки и привязал к спинке кровати. То же самое он проделал с левой рукой. А лысый заткнул ей кляпом рот.
Но и это было еще не все. Второй простыней Кристину связали по ногам, широко раздвинув бедра. Это был какой-то ужас. Она лежала на кровати, с разведенными в стороны руками и ногами, не в состоянии кричать и сопротивляться, с ужасом осознавая, что сейчас произойдет, но ничем не могла себе помочь. Оставалось только надеяться на помощь извне.
Но, увы, сказочный принц на белом коне в комнату не ворвался, не зарубил мечом похотливых разбойников. Если это была сказка, то с ужасным концом…
Вильям появился лишь после того, как насильники наконец оставили ее в покое.
Кристина так и лежала привязанная к спинке и ножкам кровати, с раскинутыми руками и раздвинутыми ногами. Лежала голышом, изгаженная мужской похотью и залитая собственными слезами. У Вильяма глаза полезли на лоб, когда он ее увидел.
– Это что такое? – потрясенно пробормотал он, выдергивая кляп из ее рта.
– Это Никон! – простонала она, зажмурив глаза.
