Похоже, она ждала, когда он, потрясенный столь крупной суммой, целиком отвлечет свое внимание на деньги. Она не связана, ноги у нее свободны, и ей вполне по силам нанести мощный удар снизу. Но Макар не ослаблял внимания. Не настолько уж он любил деньги, чтобы терять из-за них голову. И бдительность. Поэтому и не отвлекся он, не подарил Горгоне шанс. Как оказалось, последний шанс.
Алика закрыла чемодан, взяла его в левую руку, а правой забрала у Макара пистолет-пулемет и преспокойно выстрелили Горгоне в грудь.
Три пули в сердце – это верная смерть. Но Макар все-таки нагнулся, приложил пальцы к яремной вене. Пульса нет. Сдох паук.
Алика вернула Макару свой пистолет, а его «узи», замаранный кровью, оставила себе.
Горгона не теряла бдительности, поэтому и тревожный чемоданчик у нее был под рукой, и деревянная лодка с навесным мотором готова была к выходу. Двигатель завелся с полоборота, а куда плыть, Алика знала.
Она точно вывела лодку к месту, где стояла машина со спящей в ней Ренатой. Им пришлось намочить ноги, чтобы сойти на берег, но Алику это нисколько не смутило.
Макара тем более.
Алика приставила ствол к голове Ренаты и хладнокровно нажала на спусковой крючок. После чего, тщательно протерев пистолет, вложила его ей в руку. Уборку в салоне она произвела еще до того, как идти на дело, так что отпечатков ее и Макара пальцев там остаться не могло.
Чужой смертью Макара не напугать, но все-таки он находился в состоянии, близком к шоковому. Одно дело, когда убивал он, и совсем другое – когда это делала Алика.
Он-то знал, что она была киллером, но спокойно видеть ее прошлое в настоящем не мог. Его лишь успокаивала мысль, что это ее последний аккорд. И его тоже.
Они вернулись в лодку и поплыли вдоль берега на восток. Не важно куда, лишь бы убраться подальше от места преступления.
– Я знаю, как ты убил Чубука, – опустив руку в воду, неожиданно произнесла Алика. – Я в твой Ковальск успела съездить. И даже знаю, как зовут парня, которого ты подставил под удар. А я подставила Ренату, ты же не против?
– Кто это такая? – Макар всем своим видом давал понять, что страшное прошлое уже за бортом.
"
"– Не помню, – усмехнулась Алика. – И кто такой Никон, тоже не помню… Я видела, как ты шел его убивать. Молодым ты смотришься лучше, чем стариком…
– Я так и понял, что мы в тот день встретились не случайно.
– Да, и квартиру я не снимала… Я разыграла тебя, но только потому, чтобы ты стал моим. А Кристину я не подставляла. Она сама.
