А, ещё невеста ЧП в последнее время всё чаще является на наши тренировки, что портит мне настроение и кровь. Виду я конечно не показываю, но сдаётся мне, что Лютый догадывается. Кстати, взгляды последнего, стали какими-то другими, более пристальными и тяжелыми что ли, не знаю, но и это меня немного раздражает.
Меня всё чаще стали посещать мысли о доме. До одури не хватало всех технических примочек вроде компа с доступом в глобальную сеть. Интересно, а гугл знает где находится Этраполис? Впрочем, вряд ли его знания мне хоть как-то помогли бы в этом мире, но иногда так и хотелось зайти в википедию.
А самое печальное в том, что я почти не скучала по маме. Это странно, согласитесь? Любые нормальные люди, в первую очередь думают о самых близких, а у меня даже сердце не ёкало при мысли, что я больше её не увижу. И дело вовсе не в отношениях, мама у меня самая хорошая и добрая, но, видимо, я настолько неблагодарная дочь. А о Жене я думала, и думала очень часто, когда мысли не были заняты синеглазым.
Удивительным для меня стало то, что я подлавливала себя на плавном переходе от Жени к Евгеше. И чего вдруг?
Вот и сейчас, сижу за партой на занятии, вроде думала о том, сможет ли меня найти Женя, хоть когда-нибудь, а потом мыслями застряла в объятиях Евгеши. Странно. Почему-то сейчас для меня стало всё настолько запутанно и непонятно, что впору было волком выть, а помочь-то и не кому.
Сейчас я очень остро ощущала своё одиночество, потому-то некому было излить душу.
Продолжение.
Опираясь локтем о парту и подпирав лицо кулаком, я вглядывалась в схему, что препод рисовал на доске. Затылок мой остро ощущал взгляд Лютого, разум продолжал твердить, что оборачиваться не стоит, потому как, не хочется получать подзатыльник от всевидящего О’Шена, что стоял у двери, обводя нас зорким орлиным взглядом. Стиснув зубы, я продолжала изучать рисунок, не понимая его свойства. С виду эта схема напоминала тело человека, только вместо органов, внутри были какие-то закорючки.
А ещё, витая в своих недалёких и очень приземлённых мыслях, я пропустила мимо сознания половину индивидуальной лекции, составленной нами с О’Шеном на пике формирования взвода. Пришлось совершать манёвр, который в наших учебных заведениях называется «подглядеть в тетрадь соседа».
Поскольку народу нас было всего четырнадцать человек… ванпайров, уселись мы на первых партах.
