— Ты чему её учишь, дурной что ли⁈ — зарычал тёмный, извиваясь в оковах дара Виктории, как уж на сковородке, изо всех сил пытаясь увернуться от мерцающего светлячка, который вился вокруг него, оставляя на теле демона едва различимые следы обжигающего жара. — Это не так работает!
Черногвардейцева, слегка нахмурившись, перевела взгляд на СБшника, невольно признавая очевидную правоту беса. Это понимал и сам Святогор, но отказываться от эксперимента был не намерен — их работа однозначно требовала не только времени, желания и усидчивости, но и немалой фантазии в вопросах подхода к задаче, ведь почерпнуть опыта им сейчас было не от кого.
В целом же… мужчине откровенно трудно давалось учить девушку пользоваться чужим для него даром, но понимая общие принципы работы стихий и не раз наблюдая как со своим даром справлялся Алексей, безопасник пробовал как ему казалось лучшие подходы.
— Твоя задача — заставить его подчиняться тебе, — не обращая внимания на корчащегося в воздухе беса, произнёс Святогор, заглядывая княжне в глаза.
Тёмный, к слову, продолжал с гневом на лице предпринимать настойчивые попытки сбежать от происходящей экзекуции. Лицо перекошено, челюсти стиснуты, он извивался в воздухе, тщетно пытаясь уклониться от блекло мерцающего светлячка, который неумолимо обжигал его периодически рассеивающийся силуэт, оставляя за собой следы едва различимого дыма.
Виктория же, сидевшая в классической позе лотоса, вся была сосредоточена на процессе. На лбу блестели капельки пота, нижняя губа прикушена, а её взгляд время от времени срывался с мелькавшего в воздухе светлячка и скользил к лицу страдающего беса.
В этот момент в её глазах вспыхивала жалость.
— Не жалей его, раз он тебя не слушается, — бросил Святогор, прочитав эмоции княжны почти мгновенно. — Надумает сотрудничать — тогда, возможно, и пересмотрим методы.
Но прежде чем Виктория успела что-то ответить, атмосферу комнаты нарушило внезапное движение воздуха — в паре шагов от них, прямо на ковре, внезапно материализовалась женщина.
Красивая, эффектная брюнетка, словно сошедшая со страниц какого-то глянцевого журнала: чёрные кожаные брюки обтягивали длинные ноги, а корсет, поддерживающий пышную грудь, подчёркивал талию и создавал невыносимо соблазнительный для мужского взора силуэт.
Она появилась как тень, как запах дорогого парфюма в толпе, и тут же окинула взглядом Викторию с выражением лёгкой, чуть ли не сестринской заботы.
