Было слышно лишь потрескивание раций, приглушённые команды, разносящиеся среди военных внизу, и далёкие звуки моторов ждущих своей очереди машин. В воздухе повисла тревога, почти осязаемая, густая, как перед надвигающейся бурей. Даже время, казалось, замерло. Все взгляды были прикованы к герцогу, ожидая его следующего шага.
— Остановить колонну! — громогласно объявил Ратленд.
Приказ тут же был подхвачен офицерами связи, и через секунду по рациям загремели повторения команды. Через несколько мгновений армейская техника и пешие батальоны, шедшие в плотном строю, начали медленно останавливаться.
Машины, громыхая гусеницами и двигателями, замирали на месте, а солдаты невольно поворачивались в сторону трибуны, ожидая дальнейших распоряжений.
— Связь могут и глушить, но это надо проверить, — задумчиво бросил граф Сондерс, поглаживая подбородок. Он выглядел встревоженным, но его тон оставался ровным.
— Меня больше удивляет, почему вы этого не сделали сразу! — раздражённо бросил Ратленд, повернув голову и окинув мужчину пронзительным ледяным взглядом.
Наступила короткая, тяжёлая пауза. Граф, казалось, побледнел, затем резко покраснел, и следом через силу вымолвил:
— Исправимся… — он опустил глаза, коротко поклонился и уже собрался было покинуть трибуну, но герцог приподнял руку, не давая ему уйти.
— Мистер Сондерс… Я хочу, чтобы вы лично отправились в портал, оценили обстановку и вернулись назад. После чего жду ваш доклад, — медленно произнёс Ратленд, не оставляя пространства для возражений.
Лицо графа от таких слов удивлённо вытянулось, но спорить с герцогом он всё же не осмелился.
Только медленно кивнул, заставляя себя сохранять серьёзное выражение лица.
— Будет сделано, сэр, — ответил он с кратким поклоном и тут же поспешил удалиться.
— Досадная ошибка… — поджав губы, бросил Беркли, наблюдая за тем, как Сондерс спешно покидает трибуну.
Герцог перевёл на него взгляд и ровным, хладнокровным голосом добавил:
— Вас это тоже касается, Джеймс. Следуйте вместе с Сондерсом и дайте мне знать, что происходит по ту сторону.
Граф напрягся. Он был недоволен этим поручением не меньше своего уже успевшего покинуть трибуну коллеги. Однако, возражать по примеру Сондерса также не посмел. Его губы плотно сжались, а взгляд стал жёстким. Он знал, что Ратленд не терпит возражений, а главное — он не любит слабость. А позволить сомневаться в себе граф не собирался. Какая бы опасность их там ни ждала, он был более чем уверен, что легко сможет вернуться назад.
