На этих словах девушка повернула ко мне планшет, на котором через главный холл в сторону выхода прошла ещё одна большая группа людей. Из зала, в котором находились мы, их было не видать, но в этом как раз ничего удивительного — ресторан Воронцовых был огромен и вмещал ещё три таких зала, оформленных в разных стилях.
Возвращаясь к словам княжны, стало ясно, что прибудь я сюда, как и положено, за пять-десять минут до назначенного времени, ничего бы подобного не произошло. Но какого-то чёрта именно сегодня я решил приехать в ресторан почти на полчаса раньше и, соответственно, попал во всю эту ситуацию.
Связывалось это в первую очередь с тем, что я и моя охрана возвращались к традиционным методам перемещения и пока ещё только привыкали к дорогам и огромному потоку машин столицы, стараясь закладывать побольше времени в запас.
— Никто не ожидал, что вы пересечетесь.
— Понятно, — немного помолчав, бросил я и решил сменить тему. — А где с группой сидеть будем? Тут, как я погляжу, всё занято.
Зал действительно был практически полностью забит гостями, и разместить три десятка человек здесь было просто негде.
Как оказалось, Настя распорядилась приготовить место для нашего досуга этажом выше, где для группы, с которой мне отныне предстоит учиться, сдвинули несколько больших столов и освободили добрую половину зала."
"Хотелось бы сказать, что ждать девчонок долго не пришлось, но вышло по-разному. Вовремя прибыли только пятеро девчонок-простолюдинок, с которыми мы теперь уже очно познакомились и провели за непринужденной беседой около пятнадцати минут.
Затем небольшими группами наша компания стала быстро пополняться, и за ещё два десятка минут прибыло абсолютное большинство.
Кое-кто решил не торопиться от слова «совсем», но и ждать их никто из нас тоже уже не стал. Официанты приняли заказ, и одновременно с этим встреча официально началась.
— Пока нам готовят и несут блюда, предлагаю вынести на обсуждение главный вопрос вечера, чтобы его остаток можно было провести, беседуя на отвлеченные темы, — улыбнувшись и оглядев присутствующих, поставленным голосом произнесла одна из аристократок.
Высокая, стройная, темноволосая — тут они все были как на подбор. Но Ермакова (фамилию которой я вспомнил благодаря кипе личных дел, добытых бесовкой) была, ко всему прочему, ещё и активисткой. Правда, такой она в нашем, по большей части женском коллективе, была не одна.
— Совершенно согласна с Татьяной! — кивнув говорившей, тут же подхватила её речь ещё одна девушка.
