Или это моё так заколотилось?!
— Девица та ещё дурёха, но в части афродизиаков явно спец, — размашистой походкой зашагав в мою сторону и скидывая на ходу с себя тот самый серый пиджак, что ему шёл, прохрипел мужчина. — Мне придётся слегка изменить свои планы насчёт тебя. Первую брачную ночь проведём до официальной свадьбы. Потому что, то, что во мне сейчас находится, требует немедленно…го высвобождения. А ни с кем, кроме тебя, я этого делать не хочу. Раздевайся.
— Но я не хочу! Маркус, ты обещал, — пролепетала я, а руки против воли СНОВА начали расстёгивать рубашку.
Мужчина же уже был подле дивана, куда меня отбросило рывком прокля́той магии, буквально срывая на ходу с себя рубашку.
Звон пуговиц по полу почему-то показался мне невероятно громким…
— Это уже нельзя остановить. Я уже не властен над собой. Я не могу усмирить в себе дракона. Да и не хочу. А тебе понравится, не бойся, дерзкая моя кошечка рыжая, — бархатистым голосом ответил мужчина и поставил колено на сидение диван между моих отчаянно дрожащих коленей.
— Обещаю, будет хорошо.
Глава 14
Я лежала на диване, откинувшись назад. Маркус нависал надо мной.
Мои руки против воли продолжали расстёгивать мою одежду и даже с нетерпением дёрнулись к его телу.
Заскользив пальцами по его мускулистой груди, я краем сознания отметила, что никогда не была с таким больши́м и брутальным мужчиной… Да я вообще только с одним и была…
И то, неудачно. Весьма.
Мой первый парень, Олег Морозов, наутро выгнавший меня из своей комнаты в общежитии под гогот дружков-соседей был хлюпиком по сравнению с ним, хоть и был атлетом, как мне тогда казалось…
Мне тогда даже пришлось в итоге поменять общагу, так все надо мной издевались, что я дура решила, что главный красавчик на курсе хочет со мной встречаться и с готовностью прыгнула к нему в койку…
А ведь я и вправду в это верила.
Он так ухаживал… Такие слова мне говорил… А я, дура наивная, не знавшая ещё коварства мужчин, поддалась…
От мыслей о моём первом «опыте», меня отвлекло колено Маркуса.
Такое горячее и сильное, оно медленно, с нажимом продвигалось вверх, побуждая меня раздвинуть ноги.
И мне ТАК хотелось это сделать… Если, конечно, это было колено. Проверять мне не очень хотелось. Или хотелось?!
— Моя малышка… Моя кошечка… Моя… Моя… Моя…
Глаза мужчины горели тем странным призрачным огнём. В них действительно было мало человеческого.
Настоящий хищник. Зверь.
