Через час сыночек сенатора окажется на свободе.
Так и работает наша система правосудия. Деньги правят бал, и гады расползаются, множась.
Но Буч давно уже не заморачивался всем этим.
Он шел по коридору."
"Старая знакомая, Черри Пай. Как ее настоящее имя, — Мэри Мулкаи? Опять провела ночь в участке? Два года на панели, а так и не научилась ладить с законом.
— Привет, детектив!
Воркующий голос.
Она была бы симпатичной, если бы завязала ненадолго и отоспалась. А сейчас — страх божий: тени вокруг глаз потекли, помада — на пол-лица.
— Едешь домой в одиночку?
— Как всегда.
Он распахнул дверь и пропустил ее вперед.
— У тебя левая рука еще не отваливается?
Буч хохотнул.
— А твои как дела?
— Как всегда, отлично!
Она вставила в рот сигарету и посмотрела на него.
— Слушай, коп, когда станет невмоготу, позвони мне. Обслужу бесплатно. Ты такой симпатичный сукин сын. Только Большому Папочке — ни гу-гу!
Она выдохнула облако дыма и приподняла волосы. Верхняя часть левого уха отсутствовала.
Черт, ее сутенер — настоящий бешеный пес.
Они пошли вниз по ступенькам.
— Слушай, а ты записалась на ту программу, про которую я тебе говорил? — спросил Буч, когда они спустились на тротуар.
Его приятель организовал специальную группу по работе с проститутками. Наставлял их на путь истинный и защищал от беспредела сутенеров. Помогал начать новую жизнь.
— Записалась. Полезная штука, — улыбнулась она. — До встречи.
— Береги себя.
Красотка повернулась к нему задом и похлопала себя по ягодице:
— Только представь: все это может стать твоим!
Буч проводил ее взглядом.
Потом, подчиняясь внезапному импульсу, сел в машину и поехал в сторону «Скримера». Он припарковался у двери соседнего бара и стал ждать. Через пятнадцать минут из-под арки вышла стройная девушка в джинсах и короткой черной футболке. Она близоруко сощурила глаза, привыкая к яркому свету.
Увидев знакомую машину, пригладила золотистые волосы и подошла ближе. Буч опустил стекло, она нагнулась и поцеловала его в губы.
— Соскучился, Буч? Тысячу лет тебя не видела.
От нее пахло пивом и вишенками для коктейлей — обычный аромат для девушки, отстоявшей всю ночь за стойкой.
— Залезай, — коротко бросил Буч.
Она обошла машину, открыла дверь и уселась рядом. Машина тронулась. Они малость поговорили насчет ее работы, о том, что и чаевых стало меньше, и что ноги к концу смены просто отваливаются…
Буч припарковал машину недалеко от подвесного моста через Гудзон. Река делила Колдуэлл на две части.
