"
"Марисса, походив по комнате кругами, наконец направилась в его сторону. Рэт внимательно следил за ней, стараясь расслабиться. Это был самый трудный момент. Впереди его ждали не самые приятные ощущения: паника, а потом — удушье.
— Вы были сегодня заняты, милорд? — тихо спросила она.
Он кивнул. Если повезет, он вернется к своим занятиям до восхода солнца.
Подойдя вплотную, она прижалась к нему. Голод поборол застенчивость. Рэт чувствовал, как аромат ее желания расползается в воздухе.
Нет. Секса между ними не будет.
Он не допускал мысли о том, что с Мариссой можно вытворять те же штуки, которые он позволял себе с другими. К ней он не испытывал никакого влечения с первого дня.
— Иди ко мне.
Он откинулся на спинку дивана и положил руку на бедро, запястьем вверх.
— Ты же умираешь от голода. Зачем столько терпеть?
Марисса опустилась на колени, платье окутало ее облаком и зашуршало у ног. Ее теплые пальцы пробежали по коже, обводя буквы на татуировках — славную историю его рода. Белоснежные клыки коротко блеснули, и она припала к вене.
Рэт закрыл глаза и откинул голову назад. Паника обрушилась на него. Он впился свободной рукой в край дивана, чтобы удержаться на месте. Спокойно. Нужно расслабиться. Скоро все кончится, и он будет свободен.
Через десять минут, почувствовав прилив сил, Марисса подняла голову. Ее кровь смешалась с его кровью, она насытилась. Теперь можно было шевелиться. Рэт выпрямился, помог Мариссе встать и только было собрался позвать Фрица, чтобы тот отвез ее домой, как в дверь забарабанили.
Рэт взял Мариссу на руки и отнес на кровать.
— Спасибо, милорд, — пробормотала она, — я сама доберусь до дома.
Он натянул ей на ноги покрывало и пошел открывать.
Что это Фрицу приспичило?
Рэт выскользнул из спальни и плотно притворил за собой дверь. Он уже открыл рот, чтобы выразить недовольство, но тут учуял запах дворецкого и сразу понял, в чем дело.
Смерть очередной раз нанесла им визит: его друг Дариус мертв.
— Господин…
— Как? — прорычал Рэт. — Скорбеть будем позже, сейчас мне нужны подробности.
— В машине…
Видно было, что Фриц с трудом держит себя в руках, голос его срывался:
— Бомба, милорд. Это рядом с клубом, в машине. Торман позвонил. Он все видел.
Рэт вспомнил лессера, которого он пришил неподалеку от клуба. Не его ли это рук дело?
Мерзавцы окончательно потеряли совесть. Их предки веками сражались как настоящие воины. А нынешние выродки — просто жалкие трусы, прячущиеся за технические штучки.
— Свяжись с братьями.
