Галка сноровисто расставляла на столе блюдца и чашки, и уже чайник кипел на плите, и скоро появились на столе вазочка с вареньем, сахарница и печенье.
— А вы… вы Витю навсегда заберете? — вдруг спросила Галка.
— Ну, конечно, — с кислой миной ответил Иван Витальевич. — Он вам, наверное, надоел до смерти? Паренек-то беспокойный.
— Нет, он нам не надоел, — Галка положила в чашки пакетики с чаем и налила кипятку. — Мы с ним подружились.
— Я очень вам благодарен, что вы его приютили, — Иван Витальевич положил сахар, размешал, взял печенье и стал с аппетитом жевать, запивая горячим чаем.
— Не стоит. Это папа так решил, — Галка села напротив, но чай не пила, смотрела на Ивана Витальевича. Она вела себя как взрослая женщина, и было заметно, что эта роль ей очень нравилась. — А мы с папой даже не знали, что у него дедушка есть. Витя ни разу вас не вспоминал… Он, наверное, вас не любит?
Иван Витальевич даже чаем поперхнулся, закашлялся, пробормотал:
— Ну, почему же? Я его люблю… даже очень люблю…
В дверь позвонили.
Галка побежала открывать и скоро вернулась на кухню в сопровождении Витьки. За спиной у него был ранец с книжками.
— Ну, здравствуй, беглец! — весело проговорил Иван Витальевич. — Почему домой не являешься? Добрых людей стесняешь…
— Он нас совсем не стесняет, — поспешно сказала Галка.
— Живешь тут, как сирота казанская! — продолжал Иван Витальевич. — Пора и честь знать. Домой поехали, Витя. Тебе собираться не надо?
— Не надо…
— Тогда поехали? — Иван Витальевич поднялся из-за стола.
Витька молчал, растерянно глядя то на деда, то на Галку. Потом шмыгнул носом и сказал:
— Я не хочу…
— Чего не хочешь? — не понял Иван Витальевич.
— Домой не хочу… там мамы нету…
— А мы ко мне домой поедем. Будем вдвоем жить. Все хорошо будет, Витя. Тебе же нравилось у меня в деревне?
— Никогда не нравилось… — мрачно буркнул Витька.
При этих словах Галка едва заметно, тонко улыбнулась.
— Ну, не знаю, не знаю, — развел руками Иван Витальевич.
— Всегда говорил, что нравится, а теперь — не нравится.
— Никогда не говорил… — вновь буркнул Витька, глядя в сторону.
— Ладно, это мы без посторонних выясним. Пойдем, — и дед решительно взял Витьку за руку, но мальчишка вырвался и отступил, спрятав руки за спину:
— Не поеду с тобой, не поеду!
— Да что с тобой, Витя? — изумился Иван Витальевич.
— Ничего. Я хочу здесь жить, — выпалил Витька.
