Игорь запросто мог «исполнить» и Цимбала, и Плата, и специалисты у него были, но он даже слушать о том не хотел. Устроить силовую акцию – это сколько угодно. Сегодняшний наезд на бандитов он организовал сам: с кем нужно, договорился, кого надо, привлек. И все бы у него хорошо получилось, если бы не Вайс.
Но ведь заказа на Вайса не было, и, в общем-то, Тарасова не в чем упрекнуть, поэтому лучше с ним не обостряться. А с Вайсом Фарадей разберется. Как разобрался с Цимбалом и Платом.
Это была блестящая работа. Почти две недели они с Максом и Булгарем разрабатывали Цимбала, искали подходы к нему и в конечном итоге «исполнили» его метким выстрелом.
Давыд отличился.
После убийства Фарадей мог бы залечь на дно, но нет, он даже не ушел с места преступления. Затаился, выждал немного времени, снова вышел на большую дорогу и на повороте, где машины обычно замедляли ход, отработал из гранатомета Плата. Это не просто двойная удача – это знак, определяющий будущее. И неудивительно, что все идет по плану. Грина закрыли, и у восточной братвы остался один только авторитет.
А как только его не станет, охранные предприятия «Восток», «Дозор» и «Гранит» можно будет брать голыми руками. Там и до Фомы черед дойдет…
Отчий дом – это особое место: здесь человек вырастает, отсюда он стартует в самостоятельную жизнь. И приезжая домой после долгого и не очень отсутствия, невольно сравнивает свое настоящее с тем стартующим прошлым.
Вайс долго жил с родителями. И после армии он в отчий дом вернулся, и после института жил здесь.
Отделился от них, когда у него появились реальные деньги. А если точней, когда стал бандитским авторитетом. Два года прошло с тех пор. И он очень сильно изменился за это время – стал более жестким и циничным. Деньги у него и власть. Когда-то все это казалось ему несущественным, но сейчас он готов биться смертным боем, чтобы сохранить свои завоевания. Готов убивать…
Лучше бы он остался тем, прежним Вайсом. Работал бы себе спокойно, жена бы у него была, дети. Крутился бы, зарабатывал на прожиточный минимум… И хотя у него прожиточный максимум, но где счастье? Почему так тоскливо на душе? Почему нет удовлетворения жизнью? И почему он должен рвать себе жилы, чтобы дальше жить такой жизнью? А он будет рвать жилы.
И за Цимбала с Платом отомстит, и за неуважение к собственной персоне спросит…
Непутевая у него жизнь. Но как бы то ни было, он встал на тропу войны и готов прямо сейчас принять бой. Прямо здесь, в родном доме. Если погибнет, так тому и быть.
