Конфликт замяли, рамсы развели, но осадок остался. Потому Жора в «Ночном рандеву» гость, мягко говоря, не самый желанный. А поскольку Митя считается его другом, то и ему здесь лучше не появляться. Нет, бить не будут, но на обидное слово нарваться можно легко.
– Можно в «Ночную фею» съездить, – сказал Жора. – Там уровень. И девочки – класс!
– Туда лучше со своими девочками ездить, – покачал головой Митя.
Не вопрос, «Ночная фея» – лучший клуб в городе, и свои люди его держат. Но девочки там дорогие, хотя и не всегда отличного качества.
Впрочем, причин для уныния нет. Лучшие девочки на улицах уже не снимаются, там сейчас один отстой. И в кабаках их не всегда найдешь. Надо в массажный салон ехать, у Цимбала их по городу целая сеть, там самый цвет собран. Дороговато, конечно, но Митя мог рассчитывать на скидку – все-таки он свой человек в этой системе.
– А поехали в «Пигаль»! Пацаны там были, супер, говорят. И совсем не дорого.
– Что за «Пигаль»?
– Кафе на Свердлова… Ну, от кафе там только название, а так – натуральный бордель.
У нас – массажные салоны, а у этих – кафе…
– У кого «у этих»?
– Да я не знаю, левые какие-то открылись. Даже не знаю, отстегивают они нашим или нет….
– Не знаешь? Так надо узнать. Поехали!
Жора кивнул и полез в карман за мобильником. Он позвонил Свищу и уточнил адрес.
Кафе «Пигаль» находилось в глубине жилого микрорайона, на первом этаже типовой панельной высотки, но Жора нашел его с ходу.
– Ты что, уже здесь был? – спросил Митя, пытаясь рассмотреть вывеску под крылечным козырьком.
Темно уже на улице, а редкие фонари светят неважно. Под козырьком тускло горит лампа, но буквы на вывеске такие мелкие, что и не разглядеть. Окна первого этажа плотно занавешены шторами, и не понять, какие дела за ними делаются. Место малолюдное, тихое, подъездная дорога вроде бы и широкая, но машины здесь ездят редко. Обычное кафе открывать здесь глупо и разорительно, но для борделя место самое то. Ведь клиенты не ходят сюда, а ездят на своих личных авто. Четыре дорогие иномарки у входа – какой-никакой, а показатель.
– Не был. Свищ был, а я – нет.
– Быстро ты эту дыру нашел.
– Это не дыра, раньше здесь центр детского творчества был. Я сюда заниматься ходил.
– Когда, в прошлом году?
– Почему в прошлом?
– Ну, детское же творчество, – усмехнулся Митя.
– Так мне тогда двенадцать лет было. Мы в этом районе жили.
– И чем ты тут занимался? Онанизмом?
– Почему онанизмом?
– А каким еще творчеством ты мог заниматься?
– Да пошел ты!..
