У Нины есть синильная кислота для чистки старинного подсвечника. Так вот сын Зинаиды Печкиной, тот, что не в себе, как-то у нее отливал раствор, когда она… Нет, лучше скажу как есть. А то мы с ней запутаемся. Он пришел и попросил яд для того, чтобы травить крыс в своей комнате. На следующий день была отравлена Сидорова. Мне кажется… Нет, я практически уверена, что Нискин имеет к этому отношение. Он был в сговоре с Печкиной. Тем более, он не знал, что вы заберете дело, и, возможно, все-таки хотел повесить это убийство на Нину Георгиевну.
Они с Валентиной от жильцов коммуналки хотели потихоньку избавиться… Я даже удивлена, что Лидия Смирнова еще жива. Но я сама ее видела! Сегодня.
– Тьфу-тьфу-тьфу, – сказал Масленников. – В таких делах все может случиться. Слава, ты все слышал?
– Конечно, – флегматично отозвался Земцов. – Сомневаюсь, что эти гаврики пойдут на чистую мокруху. У Насти сейчас к ним неадекватное отношение, что понятно.
Но будем проверять.
В это время дверь распахнулась, и на пороге эффектно нарисовался Сергей.
– Не ждали, – констатировал он. – Настя, Мая прооперировали, пули вытащили, кость и суставы не задеты. «Умельцы» стреляли. Врача мне порекомендовали лучшего, все должно пройти. Сейчас пес дома в воротнике. Мама моя там вокруг него страдает. Олежка плакал. А Май молодцом.
– Так быстро? – удивилась Настя.
– Рядом все оказалось. Домой и сюда я без пробок долетел.
Другую кофточку тебе привез.
– Ну и муж у меня, – потрясенно сказала Настя.
– А то! – поддержал Масленников, дернув за рукав Земцова, который открыл рот для очередной кондовой шуточки.
– Сережа, – попросила Настя. – Ты поищи, пожалуйста, мой айфон. Там фотография дочери Нины Георгиевны. Ее звали Вероника, и она тоже принимала роды, ухаживала за детьми. Надо и ее показать Виолетте Романовой.
– Конечно. Мы уже брали фотку. Покажу. Чем больше этих Вер у нас будет, тем лучше.
– Почему?
– На мексиканский сериал похоже.
– Ну, да, это очень важно, – кивнул Масленников.
– Есть еще кое-что важное, – серьезно произнес Сергей. – Я потому так и мчался. Не только из-за кофточки. Мне позвонила Маргарита, сожительница Петра Романова. Его застрелили только что во дворе дома. Она говорит, никто не входил. Она тоже была во дворе. Наверное, сквозь заранее подготовленное отверстие в заборе.
