Дело было максимально секретно, магианна Соер лично проводила все разбирательства, и я лишь случайно узнала о девяти убитых при невыясненных обстоятельствах служащих морга и о том, что двое подающих надежды целителей вдруг лишились разума, а потому одна из всей группы и ходила их навещать. Странно, но лечебницу для душевнобольных почему-то считали чем-то заразным, и потому посетители здесь бывали редко. О таких больных родственники и друзья старались забыть, и если навещали, то раз в полгода-год, не чаще.
Это так грустно.
– По личному делу, – ответила я стражнику.
И подумала, что ребят с группы обязательно навещу на днях, когда найду работу, и у меня появятся деньги на пусть и небольшие, но подарки, ведь душевнобольные радуются новому как дети.
– Это к директору?
Вопросил другой сторож, поднимая вторые ворота.
– Да, господин Паен, – улыбнулась седому мужчине.
– Занят он, магианна Сайрен, – сообщил сторож. – У него поверенный от самого короля милорд Лоэн сейчас.
Лоэн? Забавно. У директора лечебницы фамилия Тоэн, а пришел к нему Лоэн, действительно очень забавно. Но опустим странный момент, главное то, что к директору я не попаду, тогда нужно искать тех, кого можно спросить о моем спасителе.
– Господин Паен, а сестра Уосбери на месте?
Мне кивнули. Поблагодарив, я поспешила к одному из самых уважаемых мной специалистов. Сестра Уосбери была легендой. Действительно легендой и профессионалом, к которому прислушивались и маститые целители.
Она умела найти подход к любому душевнобольному, абсолютно любому. Несколькими словами, жестами, тоном голоса – успокаивала буйных, входила в доверие к праиноидальнонастроенным, вызывала желание жить у суицидных. Удивительная женщина, чья стойкость и верность жизненным принципам меня неизменно восхищали. У сестры Уосбери была очень непростая жизнь – в шесть лет она оказалась единственно выжившей в приграничной деревеньке, схоронив родителей, четверых братьев и пять сестер.
Когда маги-целители и стражи границ прибыли – они обнаружили мертвую деревню и маленькую девочку на кладбище, раскладывающую самые первые весенние цветы на крошечной могилке своего новорожденного брата. Он погиб последним. Удивительно, но моровое поветрие выкосившее деревню за неделю, последним убило едва увидевшего свет мальчика. Неделя. Когда нам рассказывали эту историю, сердце сжималось именно при этом слове «неделя».
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
