Черт. За своими воспоминаниями даже и не заметила, как далеко мы успели отъехать от клуба.
Но сомнений нет. Тем более, что пока машина неспешно едет, по плохо освещенным улицам ночного города можно придумать план.
Отец всегда говорит, что прежде, чем действовать, нужно пораскинуть мозгами. Что я сейчас и пытаюсь сделать.
Время идет, и мы приближаемся к клубу, перебрав кучу вариантов осознаю, что действовать придется по ходу поступления проблем.
Остается надеется только на свою смекалку.
— Вы выходите? — спрашивает водитель, когда мы останавливаемся, но я не могу ни ответить, ни пошевелиться.
Потому что, смотря на вход клуба, рядом с которым стояли кареты скорой помощи и полиция, меня с головы до ног парализует приступ страха.
Дышать становится невыносимо больно, словно осколки стекла попали в легкие. В груди тесно.
А все, потому что вижу своего мужчину. Любимого.
Руки сжимаются в кулаки, до острой боли, когда замечаю, что он не один.
Раньше я не знала, что такое ревность, но она просто сбила меня с ног, отправив в глубокий нокаут.
Я, конечно, девочка большая и понимаю, что он не соблюдает целибат, я не наивная дура, но увидеть это воочию, после стольких лет ожидания, было выше моих сил.
Мысль, что он может прижимать к себе кого-то еще, что какая-то шмара будет трогать его идеальное тело, уничтожала душу и ставила на колени.
Взор застилает красный туман, а в висках стучит. И единственное желание выбежать из машины и вцепиться в волосы сопернице.
Да как он посмел отправить меня домой, для того чтобы развлекаться с ней.
Да как она посмела посмотреть на чужого мужика? Моего мужика!
Сразу можно понять, что такой мужчина уже занят.
Все решила, им обоим не жить…
— Девушка! — возвращает в реальность водитель, напоминая, что пора покинуть авто, но я бросаю ему еще купюру.
— Да, подождите же вы! У меня жизнь на волоске висит, — хнычу я и продолжаю во все глаза разглядывать проклятую разлучницу."
"И стоит им пройти под единственной не разбитой уличной лампой, как у меня перед глазами плывут круги.
Сердце же, только что сжимавшееся от тисков боли уже пускается в пляс.
А все, потому что она рыжая!
Она мать, твою рыжая, как я!
Нет, нет, конечно, ее волосы крашенные, это видно по мелькнувшей черноте корней.
Но сам факт, что ее цвет волос весьма и весьма напоминают цвет моих.
И ведь это не все, далеко не все.
Наши комплекция и рост тоже схожи.
