Есть конечно пару вещей боле менее не ношеных, но слишком уж вульгарных, я же не на панель собралась.
— А где те вещи, что я тебе присылала… — неожиданно вспоминаю, что отправляла ей целые пакеты фирменных. — Помнишь? Платья, юбки, костюмы?
Она виновато морщится и разводит руками в стороны.
— Алл, ну куда мне это носить. Лучше я продам это, чем их с меня срежут после группового изнасилования.
Боже, неужели, то, что она говорит, может быть правдой?
Даже думать страшно.
Мне ее по-человечески жалко, как и себя, что приходится это все выслушивать и прокручивать в голове.
Я прикрываю глаза, считая до десяти. Нахождение здесь начинает причинять почти физическую боль, но я не отчаиваюсь… Выбора нет.
У меня есть цель. И я добьюсь своего. Сегодня Тамерлан будем моим.
Тем более, что в поле зрения попадается черное, обтягивающее и не слишком короткое платье.
— Передумала? — пристально смотрит подруга, когда я осматриваю подходящую тряпочку.
— Нет, конечно! — уверенно поднимаю подбородок. — Если я, что-то решила, все будет, по-моему.
Я дочь генерала, а значит, никакие испытания меня не сломят.
Сделаю все, что необходимо. Даже если для этого нужно поваляться в помойке.
Глава 10"
"В окружении странных друзей Лены, идея найти Тамерлана теряет привлекательность и разочарование внутри ширится в геометрической прогрессии.
Каждый раз, когда я хочу уйти в себя или подумать о глупости своего поступка, мысль теряется в громком мужском гоготе.
И я бы посмеялась вместе с ними, честно. Но я никогда не видела ничего смешного в том, как мужчина вырисовывает сердечко струей мочи.
Это еще сильнее укрепляет мои догадки, что я обратилась не по адресу.
Сейчас мне кажется, что все, что я спланировала, идет не по плану.
Но подруга уверяет, что в такое место, как клуб «Кристалл», нужно приходить с целым отрядом защитников.
Только вот смотрю я на этих трёх нариков и понимаю, что они свои штаны от мочи защитить не могут, а меня и подавно.
Не говоря уже о том, какие они худые и не в меру обдолбанные.
Выглядят просто ни о чем.
Однако давать заднюю у клуба, где на входе стояли амбалы с тупыми рожами, было слишком поздно.
Еще, конечно, был шанс, что меня посчитают малолеткой и не пустят. Но мой наряд не оставил сомнений и нам в отличие от других желающих дают шанс пройти.
Я мешкаю, но, со скрипом в зубах и резко накатившей головной болью, откидываю в сторону все сомнения.
Прохожу внутрь, погружаясь в смесь тьмы и мерцающего света, тяжело вздыхаю.
