— Сначала ей, — отрезал Киллиам и, судя по ощущениям, упрямо покачав головой. Стоило ему это сделать и на мою щёку капнуло что-то тёплое.
— Ваше благородства не доведёт до добра, — неожиданно почтительно проворчал мужчина и, откупорив фиал, протянул его Киллиаму. Тот резко толкнул меня на себя, тем самым заставляя немного запрокинуть голову, чтобы тут же прижать флакон к моим губам и опрокинуть его.
Растерявшись от настолько резких действий, я в два глотка его осушила. И пока приходила в себя, внутренне сокрушаясь о такой беспечности, оборотень взял из рук своего то ли друга, то ли подчиненного второй флакон более ядрёного цвета и быстро выпил его содержимое сам.
По мере того, как мне становилось лучше, я начала отмечать всё больше важных моментов. Для начала в глаза бросилась кровь. Серые волосы Киллиама над виском потемнели, а по лицу вились алые дорожки, которые пропитали не только ворот его кожуха, но и мой плащ на плече.
Заметив мой наполненный ужасом взгляд, оборотень хмыкнул:
— Не слишком гордись собой.
Эта рана была до того, как ты решила полетать. Просто края не успели нормально зажить, вот и разошлись.
— Как можно шутить в такой момент? — взбеленилась я, с каждым ударом сердца чувствуя, как отступает дурнота.
— Ну вот, Арам, теперь эта девушка в полном порядке. — Показательно обратился наглый оборотень к своему товарищу, игнорируя мой вопрос, чтобы тут же бросив на меня хитрый взгляд добавить: — Думаю теперь можно обвинить её в покушении."
"— А? — глупо переспросила, после чего разозлившись, шлёпнула Киллиама по руке, вывернулась из его захвата и возмутилась: — Какое ещё покушение?! Да я тут тоже пострадавшая сторона!
— Не злись, Верити.
Это всего лишь шутка, — покачал головой оборотень и снова обратился к мужчине в капюшоне: — Разузнай, как к торговцу попал не просто стихийный вихрь, а напитанный маной.
Всё-таки подчинённый, — подумала я, когда мы с Киллиамом остались вдвоём. Эту часть ярмарки уже успели оцепить, но к нам почему-то никто из стражи так и не подошёл.
С подозрением покосившись на оборотня, не выдержала и достала платок из внутреннего кармана плаща. Протянув его, как можно более непринужденно сказала:
— Возьми и хоть немного вытрись. Жутко на тебя смотреть.
Оборотень кочевряжиться не стал, взял платок, однако сделал не то, что я ожидала. Вновь приблизившись, он сжал мой подбородок неожиданно горячими пальцами, тем самым отсекая мне возможность вертеть головой, а затем провёл платком по моей щеке.
