Аринка так же не появлялась, потому что со всем энтузиазмом вникала в дела своих предков, а Барст с Крушидой взяли девочек и повели их устраивать в школу. К сожалению, бесплатная была только при Храме, а она оставляла желать лучшего, но брать деньги на частную школу Рамира отказалась — рысь уточнила, что это временная мера и как только её зарплата станет стабильной, то она сразу же отправит дочерей в заведение более высокого класса.
Моя попытка провернуть всё за спиной Рамиры с помощью Барста провалилась.
Она как-то слишком быстро обо всём узнала и нашипела на нас так, что я зареклась бесить кошку, а заодно порадовалась, что она будет исполнять роль администратора. Такой попробуй, нахами — свернёт в бараний рог без всяких вышибал. Тем более теперь, когда Рамира окрепла, чуть отъелась и стала походить на матёрую рысь, а не на брошенного котёнка.
Представив, какой облом ждёт посетителей, что без хамства жить не могут, я похмыкала и вернулась к работе. Кабинет пока не был готов, потому приходилось заниматься этим уже у облюбованной барной стойки.
Тем более у нас тут и стулья с очень удобными спинками появились. Рядом с разбросанными по столешнице бумагами стояла чашка моего кофе из корней одуванчика, который, кстати, большинством голосов был включён в меню. Пригубив напиток, задумчиво посмотрела на чашку и вычеркнула закупку корешков. Айю, паразитка, решила теперь обеспечить нас ими на полгода вперёд.
— Милая, — позвала меня бабушка, когда я начала сводить счета, — это все бумаги, что нужно занести в ратушу?
Быстро просмотрев опущенную рядом со мной стопку, кивнув, ответила:
— Да, тут всё, — после чего не в первый раз спросила: — Может, всё же давай я их отвезу?
— Мне и так нужно в город.
Тем более я же не пешком — меня Йосеф отвезёт, — отмахнулась бабушка и подозрительно кокетливо поправила шляпку с короткими полями, что сейчас были на пике моды у горожанок в возрасте. В отличие от них, ба свою сшила сама и явно гордилась этим.
— Хорошо, — сдалась я, — только осторожнее там.
Вроде бы очередной поток купцов ожидается, так что на дорогах может быть неспокойно.
Бабушка только возвела глаза к потолку, как бы намекая, что это она тут мой опекун, а не наоборот. После чего слишком бодрая родственница умчалась в город, только подол новой юбки в крупный цветочек мелькнул за дверь.
Оставшись одна в главном зале таверны, я снова вернулась к цифрам. Правда мыслями, то и дело витая где-то в облаках.
