Чем ещё я отвечала на проявление симпатии? Понятно чем — бегством. При том бегством без оглядки, как от собственных чувств, так и от его симпатии, от его… любви, что даже сейчас плескалась на дне голубых омутов. Разве можно перепутать это чувство с чем-то другим? Точно нет. Пусть она может оказаться мимолётной, пусть в будущем перегорит как свеча, но сейчас эта любовь сильна и реальна.
А ещё было очевидно как день, что не мне одной не хватало наших неожиданных встреч.
Осознав всё это, я не удержалась и коснулась гладкой щеки Киллиама ладонью, свободной от горячей руки.
Действие было осторожным, можно сказать неловким, но в точности повторяло то, что он делал постоянно, когда хотел показать, как относится ко мне. Лазурные радужки моментально растаяли, а лицо оборотня, моего оборотня расслабилось.
Киллиам прикрыл глаза, впитывая ласку, чтобы почти сразу распахнуть их и мягко сказать:
— Танец проще, чем кажется. Идём, сама убедишься, — несмотря на то, что он пытался не слишком давить на меня, в голосе оборотня проскользнула та самая нотка, не терпящая отказа.
Почти принуждающая.
Мне бы взбунтоваться, потому что именно сейчас, когда мы, наконец, встретились, он не хочет считаться с моим мнением. Однако внутренний голос упрямо шептал: что нет, он как раз делает то, чего тебе хочется, именно то, в чём боишься признаться себе. И я, пожалуй, впервые в этом мире плюнула на доводы разума. Пусть завтра этот оборотень умчится в свои земли, пусть его именитые родичи найдут ему двуликую партию, хотя бы сегодня он побудет моим.
Я же не железная. Не могу больше делать вид, что не понимаю, как его тянет ко мне, нет больше сил убеждать себя, что в голубых глазах, в которых я была красивой в любое время, застыл не только интерес к моей персоне, а настоящий голод, который в этот момент могу утолить лишь я. И что во мне сейчас не меньше ответных чувств."
"Улыбнувшись своим мыслям, ощутила небывалую лёгкость во всём теле. Будто цепи, сдерживающие меня до этого, растворились. Высвободив руку из горячей ладони Киллиама и, наслаждаясь тем, как его брови ползут вверх, я провела подушечками пальцев по вышитому кителю, чтобы в итоге обнять за шею догнавшего меня оборотня.
Прямо как тогда, когда он катал меня на Яхонте.
В растерянности Киллиам пребывал недолго. Я успела лишь привстать на носочки, чтобы дотянуться до его уха, как ощутила руки оборотня на своей талии. И держали они меня, как всегда — осторожно, но достаточно крепко, чтобы не сбежала в самый неподходящий момент.
