Тем временем я не забывал и о задаче, которую нам поставили – разблокировать бойцов взвода Росгвардии, рассеянных бандитами по горам. И потому посчитал, что пришло время их созывать – мы вот-вот должны были выйти на дистанцию пулевой доступности и вступить в бой. Бой будет более скоротечным и смертельным для бандитов, если их, в дополнение к нашей атаке, подопрут и бойцы Росгвардии.
Я, честно говоря, не понимал самого термина – «рассеять по горам». Сеют зерна в поле… А как можно «рассеять» бойцов – это вопрос, для меня лично непостижимый.
Разогнать их в разные стороны можно. Так, мне подумалось, и произошло. Но командование Росгвардии предпочло более мягкие формулировки, в какой-то мере оправдывающие их бойцов и недостаточную подготовку личного состава. То есть снимали этим самым вину с самих себя.
Я вызвал на связь начальника штаба. Дежурный по узлу связи соединил меня сразу, не задав ни одного лишнего вопроса. Видимо, имел такой приказ – сразу соединять.
– Слушаю. Абдусалямов.
– Старший лейтенант Сеголетов, товарищ майор…
– Я понял уже.
Слушаю тебя, Геннадий Васильевич. Как успехи?
– Всем взводом в бой еще не вступили. Только продвигаемся к бандитской позиции. Пока работают только снайперы и орудия БМП. Мы готовим атаку. Хорошо бы, чтобы Росгвардия по связи приказала своим бойцам выходить бандитам в тылы из ущелья.
– Я только что с их штабом разговаривал. Там ситуация такая… Взвод выехал на уничтожение банды. Но за два ущелья до своего базового бандиты устроили им засаду и загнали в тупиковое ущелье.
Сначала обстреляли из гранатометов их машины. Взвод сразу понес большие потери и вынужден был укрыться в ущелье. Бойцы оказались не готовы вести бой в таких условиях. У банды было преимущество и в неожиданности, и в боевой подготовке, и в огневой мощи. Командир взвода Росгвардии был или сразу убит, или ранен, и бойцы, оказавшись в нештатной ситуации, не смогли даже оборону грамотно организовать. Так что у тебя мало надежды на то, что они смогут вернуться и вступить в бой.
Меня брало зло.
– Тогда, товарищ майор, я не понимаю, почему я должен рисковать жизнями своих солдат, атакуя на открытом пространстве заранее подготовленные позиции бандитов. Росгвардия – это же не гражданские люди, это бойцы, которые обязаны воевать по долгу службы. А нам проще вызвать авиацию, и пусть уничтожают позицию бандитов сверху.
– Наверное, так проще, – согласился со мной начальник штаба. – В течение получаса вернется с задания один из «Ночных охотников».
