Разрешите, товарищ старший лейтенант, бинокль себе забрать? Боевой трофей…
– Мне принесешь, я со своим сравню, какой лучше, себе заберу… – я откровенно воспользовался должностью командира взвода. Мой бинокль тоже был трофейным, добытым в одной из предыдущих командировок. Но он меня не слишком устраивал. Хотя тепловизор в нем был более сильным, чем предобъективная тепловизионная насадка на оптический прицел автомата, однако он значительно уступал в силе тепловизорам прицелов снайперских винтовок взвода. А командиру всегда следовало видеть больше других и в лучшем качестве.
Это естественный вопрос.
Младший сержант Коробков понимал это и потому сразу согласился:
– Понял, товарищ старший лейтенант. Пока заберу себе, чтобы попользоваться. Потом вам покажу…
– Не забудь футляр для бинокля найти. Там обычно бывает вмонтировано зарядное устройство. Без него от бинокля толку мало. Зарядные устройства у разных производителей оригинальные.
– Вот он, рядом с верхней половиной тела валяется…
– Хорошо. Осмотрись в бинокль сверху и продолжай движение.
Нам еще следует эмира обезвредить. А он изо всех должен быть по определению самым зловредным. Кстати, посмотри на правую руку убитого. Нет на предплечье цветной татуировки? Какая-то надпись на арабском языке должна быть. Если есть, то это – эмир.
– Татуировка есть. Я как раз ее рассматриваю. Только это не надпись, а змея, руку опоясавшая, и голова змеи с раскрытой пастью на тыльную сторону ладони уходит, к самой костяшке среднего пальца.
– Товарищ старший лейтенант, я видел такие татуировки у китайских спецназовцев – специалистов по боевым искусствам, – сообщил старший сержант Тихомиров.
– Помните, вы нас на совместные антитеррористические учения вывозили. Мне тогда объяснили, что это почетная татуировка. Разрешается только тому, кто может одним ударом убить человека.
– А моя пуля одним ударом убила этого убийцу, – с некоторым недоумением сказал младший сержант Коровкин.
– Против пули, тем более такой, и лом – не спасение… – резюмировал я. О такой татуировке в китайском спецназе я тоже слышал.
И даже видел эту татуировку. Только здесь был, скорее всего, не китаец. Хотя кто знает… – Коробков!
– Я, товарищ старший лейтенант!
– В останках покопаться сможешь? Не в самом теле, а в одежде.
– В том, что от нее осталось…
– Документы поищи.
На поиски ушло чуть больше минуты. Наконец Коробков сообщил:
– Есть паспорт.
– Не уйгур, случаем?
– Национальность определить не могу. Но паспорт «Kingdom Saudi Arabia»[8].
