Их внедорожники вошли в ущелье, они уже не могли нас наблюдать, если только не выставили у ворот часовых. Впрочем, согласно карте, в этом ущелье и ворот как таковых не было, и часовых с хорошим обзором пространства выставить было негде. Вернее, ворота были, но настолько широкие, что туда мог бы войти развернутым строем целый танковый батальон. И только дальше ущелье сужалось. Причем сужалось резко и круто, и скалы сразу нависали над проходом так, что внутри было, наверное, темновато.
Это я узнал из объяснений майора Николаева, поскольку сам рассмотреть ущелье возможности пока не имел.
Инфракрасный прицел, изображение с которого майор Рудаковский транслировал на мой планшетник, часовых не увидел. Не увидел их и тепловизор вертолета, о чем командир борта сразу же сообщил нам.
Боевая машина пехоты не видит разницы между плохой и хорошей дорогой. И потому ехали мы на предельной скорости. Единственно, мне и майору Николаеву, поскольку уже оба мы ехали «на броне», пришлось крепче держаться за поручни, чтобы не свалиться.
"
"Тряска на скорости ощущалась меньше. Казалось, что БМП вообще передвигается по ровному асфальту. И только после поворота, на котором мы начали повторение маршрута генеральской банды, неровности дороги стали заметнее. Они сводились к крутым спускам и резким подъемам. А естественные ямы и бугры, которые не стали преградой даже для колесных внедорожников, гусеничным БМП тем более передвигаться не мешали.
Только миновав ворота, мы остановились среди невысоких, уровня полутора метров скал.
Там БМП не бросались в глаза, как бросались бы на открытом месте, и при необходимости могли бы стрелять из башенных орудий прямо поверх скал.
Я ориентировался на карту в планшетнике. Там, где ущелье сужалось, в пятистах метрах от того, что мы привычно именуем воротами, находился поворот. А дальше внедорожники могли и не проехать. Карта, к сожалению, не показывала, где находятся россыпи крупных камней, про которые говорил мне майор Николаев. Появиться они могли сразу за поворотом.
А автомобили не слишком приспособлены для прыжков по валунам. Впрочем, БМП, вероятно, тоже с такой дорогой испытывала бы естественные затруднения. Мехводы БМП, как и мехводы-танкисты, не любили по камням ездить, где есть опасность сесть брюхом на камень и без чужой помощи уже не съехать. При этом рискуя получить определенные повреждения.
И потому нам следовало проявлять осторожность. С внедорожниками наверняка осталась охрана.
