От удивления широко раскрылись глаза – из высокого огня вышли две девушки, одна другой прекраснее. Обе одеты в яркие сарафаны, словно сотканные из пламени. Рыжие волосы у одной заплетены в косы, у другой распущены, красиво спадают на спину и плечи.
– Смотри, Искрянка, – произнесла та, что с косами, с удивлением в голосе, – это и есть тот витязь на летающем коне!
– Да, Огняна, – молвила дева с распущенными волосами, – тот самый, что уничтожил Ингдобряна. Он мертв, наши оковы исчезли!
Легко ступая по пылающим веткам, девушка ступила на землю.
Ее сестра держится рядом. Обе с любопытством взирают на Таргитая и сопилку.
– Смотри, сестра, – сказала Искрянка тихонько, ее глаза удивленно округлились, – у него дудочка. Ты тоже волшебник, витязь? Музыку могут играть лишь волшебники.
– Как тебя звать? – спросила Огняна с улыбкой.
Таргитай назвался. Потом встал, пораженный неземной красотой девушек.
– Кто вы такие?
– Мы сестры огняшки, – сказала девушка с косами. – Нас заклинаниями заточил злой колдун Ингдобрян.
Но ты его уничтожил, Таргитай…О, я вижу, ты не простой богатырь…Ты…– Огняна закатила глаза, и вдруг там полыхнул огонь. Она посмотрела на Таргитая неверяще, отшатнулась. – Неужто сам…Сварог??
Изумленные девушки поклонились в пояс.
– Благодарим тебя, избавитель. Ты несешь на землю добро и справедливость, и не только для людей!
Таргитай улыбнулся, не в силах оторвать глаза от Искрянки, рыжих волос, что струятся по плечам и спине, точно огненные ручейки.
– Нам пора, сестра, – молвила Огняна.
– Пока еще горит костер. Нас ждут отец и братья! Наконец-то мы свободны и можем вернуться домой!
– Ступай, сестра. Я тебя догоню!
Огняна посмотрела понимающе, кивнула.
– Не задерживайся. Ты должна успеть обратно, пока костер не погас.
Девушка повернулась и шагнула в огонь – костер жарко пылает, высотой как раз ей по макушку.
Оставшись наедине с Таргитаем, ее сестра попросила:
– Сыграй для меня, Сварог-Таргитай. О тебе летит молва. Твои песни чудесны и творят волшебство.
Может, они смогут исцелить мою тоску. Я столько уже наблюдаю за вами, людьми. Пусть ты и бог, но все же…часть тебя – по-прежнему от человека.
Таргитай, глянул на Стефея, тот все еще спит, как коней продавши. Невр принялся играть. Из сопилки полилась сперва та самая грустная мелодия, что играл до прихода девушек – о круговороте Добра и Зла на земле, о Жизни и Смерти, Яви и Нави. Потом мелодия сама собой сменилась на более веселую, радостную.