Сегодня сделаю большого дядю, завтра на соревнования привезу ей такой же большой букет, может потеплеет моя прелесть и мы куда-нибудь сходим.
Крики из зала перекрывают даже музыку. Жарко там, судя по всему.
— Готов умирать, пацан? — сипло интересуется мой соперник.
— Большой шкаф… — очаровательно улыбаюсь ему. — Ну дальше ты сам знаешь.
Толкнув его плечом, из раздевалки выхожу первый. Моментально захлестывает адреналин в коктейле с восторженными возгласами, запахом пота и чужой крови. Одного из предыдущих бойцов выводят с ринга с сильно разбитым лицом.
То еще зрелище.
Морщась, пропускаю их мимо себя.
— Зря ты сюда пришел, — раздается у меня над ухом все тот же сиплый голос. — Не место здесь турнирным пацанам. «Клетка» вас ломает.
Нас объявляют. Соперника моего явно тут знаю и любят. Гости очень бурно реагируют. А мне не жалко. Я делаю шаг в сторону, шутливо склоняюсь:
— Меня папа учил, что пожилым людям надо уступать, — скалясь во все тридцать два пропускаю его вперед.
Знаю, как эта фирменная улыбка всех бесит.
На нем тоже работает.
Отлично. Будем выводить из себя и заставлять делать ошибки. Обычно на эмоциях косячу я, сегодня попробую применить эту хрень на нем.
Про себя повторяю: «Морду под удар не подставлять. К сетке не прижиматься. Больше двигаться.»
Блин, ну яйца все равно поджимаются. Инстинкт самосохранения в панике, а я выхожу на ринг, приветственно поднимаю вверх руки, демонстрируя крепкий пресс, сильные ноги. Толпа рассматривает. Нас разводят по углам. Я по привычке жду: «По спине не бить, в затылок не бить, ниже пояса не бить».
Ничего такого нет. Это наши установки. Не местные.
«Нет здесь правил, Тай. Только деньги».
— Бой! — звучит команда и такой знакомый звук гонга.
В голове начинается обратный отсчет раунда. Секунда на то, чтобы присмотреться. Он атакует, я успеваю увернуться. Отпрыгиваю назад. Касаюсь голой спиной металлической сетки. Пружиню от нее и провожу серию ударов, пытаясь пробить ему в печень. Дядя не только тяжелее, он еще и повыше меня.
Закрывается. Расходимся. Кружим.
Он нападает, оттесняет меня к этой чертовой сетке и давит массой только вместо того, чтобы дать в морду или по корпусу, упирается локтем мне в горло. Охренев от такого сюрприза, хватаю ртом воздух. Бой никто не останавливает. Толпа орет, мне неодобрительно свистят.
— Тайм... — звук гонга.
Расходимся. Тяжело дышим.
Чел, что притащил меня сюда, вливает мне рот воды и зло шипит про то, что я обещал ему победу.
