— Ты сегодня с группой поддержки. Готов побеждать?
— Готов убивать, — сжимаю зубы.
Юрий Германович успокаивающе хлопает меня по плечу. Вцепившуюся в мою руку Юлю забирает Тим.
— Для гостей бойцов лучшие места, — ухмыляется татуированный. — Первый ряд, правый край пока свободен. Устраивайтесь.
— Тренер со мной.
— Вперед, — машет рукой в сторону раздевалки.
Уходим. Я переодеваюсь. Терехов контролирует разминку и тейпирует руки под перчатки с обрезанными пальцами.
— У тебя левая тоже рабочая. Не забывай, — затягивает ремешки на запястьях.
— Поработай пальцами, — сгибаю, разгибаю. — Отлично. Без глупостей. Я понимаю, тебе надо весь свой огонь куда-то деть, но ринг, особенно такой — не лучшее место для горячих эмоций. Тебя на них же поймают и разложат. Салахов!
— М?
— Сучонок! Включился сейчас же! И слушай! Убрал эмоции. Потом я увезу тебя во Дворец и дам все слить. Сейчас жесткий контроль и холодная голова. Помни, что я за тебя отвечаю. Не подведи меня… Не слышишь, — вздыхает он.
— Салахов, на ринг, — зовут меня.
Терехов идет за мной. Толпа уже орет. Мой соперник появляется вообще из другого коридора. Похуй. Сейчас все эти детали уже не имеют значения.
Расходимся по настилу. Нас закрывают. Терехов у меня за спиной. Бабы визжат, мужики свистят. Соперник многообещающе проводит пальцем по своему горлу.
— Посмотрим, — зло цежу, вставляю капу.
— Не ведись! — слышу в спину от тренера.
— Папку привел, малой? — хмыкает эта гора мышц.
Показываю ему фак. В этих перчатках я могу.
Терехов матерится, а я скалюсь, чувствуя, как мое внутреннее пламя вспыхивает, разгоняет мотор и струится по венам, готовое выплеснуться на этом проклятом ринге.
— Бой! — дают команду.
Начинается опасный, смертельный танец. Все вокруг перестает существовать. Звуки, люди, музыка. Я слышу только его шаги и свой пульс.
Ухожу от первой атаки. Не даю прижать себя к сетке. Отлично. Он себе не изменяет. Ушатать меня в клинче реально. Но кто ему даст?
Я пока наблюдаю, уворачиваясь и пригибаясь.
Нахожу подходящий момент. Атакую. Он блокирует и кидает меня на сетку. Не успеваю уйти от мощного удара в солнечное.
Хватаю ртом воздух, ловлю еще один удар, сползаю вниз и ухожу в бок. Взяв себя в руки, наношу несколько точечных ударов по болевым точкам.
Раунд.
Тренер заходит в клетку. Дает мне полотенце, воду.
— Не давай себя зажимать. Ничего не сломал? — быстро ощупывает область ребер.
— Нет, — тяжело дышу. — Я положу его во втором.
— Уверен в этом.
