Пока мне не удалось подобрать нужные для создания дымового эффекта химикаты. Вернее, дым-то я могу сделать, но его получается слишком много. Боюсь, зрителям будет трудновато разглядеть происходящее.
Энтони закрыл дверь и прислонился спиной к стене.
– Неужели Клэрис хочет сжечь дом на театральной сцене? – спросил он.
– Тони! – Маркус оставил инструменты и повернулся к сыну. – Я отправил тебе сообщение несколько часов назад. Где ты, черт возьми, был так долго?
Энтони смотрел на отца и думал, что посторонний легко принял бы этого седого человека за ремесленника, а не за отпрыска одного из древнейших родов Англии.
Штаны и рубашка, перепачканные машинным маслом, тяжелый кожаный фартук со следами ожогов: его родитель совершенно не походил на породистого аристократа.
В молодости Маркус Столбридж получил инженерное образование. По свидетельству родственников старшего поколения, он начал мастерить вещи и изобретать, сразу как выбрался из колыбели. Сейчас Маркусу уже перевалило за шестьдесят, но он был крепок, широк в плечах, с резкими чертами лица и проницательным взглядом зеленых глаз.
Впрочем, взгляд этот становился внимательным и даже пронизывающим, только когда он смотрел на чертежи особо сложного изобретения. В повседневной жизни Маркус Столбридж слыл человеком добрым и даже рассеянным. А если он впадал в глубокую задумчивость и глаза его приобретали мечтательное выражение, а резкие черты лица смягчались, это значило, что он обдумывает новое изобретение.
– Простите, что заставил вас ждать, сэр, – сказал Энтони.
– Но сначала я был занят, а когда, все же, добрался до отчего дома, меня перехватили и подвергли допросу с пристрастием два инквизитора, засевших в библиотеке.
– А, понятно. – Маркус усмехнулся и принялся вытирать руки ветошью. – Сегодня с утра у нас побывала с визитом твоя бабушка. После этого у матери и сестры должно было возникнуть много вопросов к тебе.
– Так и есть. Расскажите мне о горящем доме, который придумала Клэрис.
– Это еще одна из сенсаций, которой твоя сестра хочет поразить публику.
Она говорит, что конкуренция в этой области становится все жестче. Каждый театр в городе пытается превзойти остальные по силе воздействия на зрителя, используя для этого любые средства. Привидения, штормы, проносящиеся по сцене поезда уже никого не удивляют. Но Клэрис считает, что пожар станет пользоваться успехом у публики.
– Боюсь, будет трудновато превзойти ваш последний шедевр – тонущий корабль.
