Без особой надежды она подошла к двери и подергала ручку. Само собой, заперто. Ощутив пальцами холод металла, она заметила, что потеряла где-то одну перчатку. Не могла же перчатка соскользнуть с руки? Ах да, она же сама сняла ее, когда щупала пульс у старика Дигби.
Отверстие в двери находилось как раз на уровне глаз, и Луиза, приблизив лицо к решетке, принялась разглядывать преддверие своей тюрьмы. Впрочем, там были все тоже: низкие тяжелые своды, каменные стены. На грубом столе стоит лампа – единственный источник освещения.
При этом тусклом свете она смогла разглядеть запертую дверь в противоположной стене, а в углу – темный проем и, кажется, ступени, ведущие куда-то вверх.
И в этот момент чуткий слух Луизы уловил звук шагов. Кожаные туфли мягко ступали по камню, но в этом каменном мешке любой звук многократно усиливался. Ее сердце сжалось от страха. Расширенными от ужаса глазами она следила за появлением пары модных туфелек на ступенях лестницы, потом увидела юбку – черная ткань и, судя по тому, как красиво колышутся складки, очень дорогая.
"
"И вот женщина спустилась по лестнице и вошла в комнату. Тщательно уложенные в высокую прическу золотистые локоны венчает изящная черная шляпка, лицо скрыто под густой вуалью.
Но Луиза уже знала, кто перед ней. Все элементы мозаики сложились воедино, и она сказала:
– Виктория Гастингс, я полагаю? Или мне лучше называть вас мадам Феникс?
Женщина замерла, пораженная тем, что ее инкогнито раскрыто так быстро. Затем она подошла к деревянной двери почти вплотную, и рука, затянутая в черную перчатку, откинула вуаль.
Луиза с любопытством разглядывала женщину, о которой так много думала последнее время. Виктория Гастингс обладала редкой красотой, но ее ангельское личико портили глаза: холодные и совершенно безжалостные.
– Сожалею, что пришлось вас похитить, – сказала Виктория. – Но вы сами виноваты. Вы задавали слишком много вопросов и подобрались совсем близко к истине, миссис Брайс… или мне стоит называть вас Фантом?
Глава 44
На двери книжного магазина Дигби висела табличка «Закрыто».
Энтони ее проигнорировал и толкнул дверь. Она оказалась заперта. Мужчина оглянулся – улица в этот час была пустынна. Он достал несколько миниатюрных инструментов, которые всегда носил с собой, и принялся за работу. Не прошло и десяти секунд, как немудреный замок поддался и он оказался внутри магазина.
Когда Столбридж открыл дверь, где-то внутри зазвенел колокольчик.
