– Энтони, как и все мужчины, стремился рассуждать логически.
– Возможно, вы и правы, – признала Луиза. И тут же возразила: – Но если именно Виктория была мозговым центром деловой активности мужа, если она приносила деньги – зачем же ему было убивать ее?
– Возможно, Гастингс убедил себя, что не нуждается больше в ее помощи. Не сообщила ли вам горничная еще что-нибудь интересное?
Луиза послушно углубилась в записную книжку, шурша страницами.
– Она сказала, что ей и всем остальным слугам неожиданно дали выходной.
И как раз в тот вечер, когда исчезла миссис Гастингс.
– Несомненно, отсутствие слуг в доме могло быть очень удобным обстоятельством для того, кто хотел что-то скрыть. Еще какие-нибудь детали?
– Что ж, еще только одна вещь, – несколько неуверенно произнесла Луиза.
– И что же это?
– Салли рассказала мне, что миссис и мистер Гастингс вели весьма активную и, как она выразилась, решительную сексуальную жизнь.
– Решительную? – озадаченно повторил Столбридж. – чтобы это значило?
Захлопнув блокнот, Луиза мысленно проклинала себя за алеющие от смущения щеки, но, все же, выговорила:
– Похоже, в своих развлечениях они пользовались хлыстом:
– Ах, вот оно что, – пробормотал Энтони.
Луиза бросила на него быстрый взгляд и заметила, что он наблюдает за ней с нескрываемым любопытством. Сдержав порыв прижать ладони к пылающим щекам, она продолжала самым деловым тоном:
– По информации, которую я получила от Роберты Вудс, Элвин Гастингс по-прежнему предпочитает такой способ удовлетворения своих желаний всем остальным.
Именно эту услугу он оплачивает каждую неделю, когда приходит в «Феникс-Хаус».
– Видимо, пришло время побольше узнать о борделе «Феникс-Хаус», – сказал Энтони.
– Я полностью с вами согласна, – подхватила Луиза.
После этого в карете повисло молчание. Не вытерпев, она спросила:
– О чем вы думаете, сэр?
– Я думаю о том, что вы потрясающая и самая необыкновенная женщина на свете, – ответил Энтони, и в глазах его вспыхнул огонек, заставивший Луизу насторожиться.
– О! – неуверенно сказала она. – Что ж, сэр, вы, по-моему, тоже весьма необыкновенный человек.
Вновь молчание, но в этот раз гораздо более напряженное. Луиза с тревогой поглядывала на Столбриджа.
– И о чем же вы думаете теперь, сэр? – спросила она через совсем недолгое время.
– О том, что очень предусмотрительно было с моей стороны купить французские письма, когда я возвращался с Арден-сквер сегодня днем.
– Понятно.
