– Показалось, что снова их увидела.
– Их? – Я проследил за ее взглядом, но не обнаружил ничего необычного. – Тех дуболомов из переулка?
– Нет. Пару… – Она пошевелила пальцами. – Сияющие кляксы. Заметила еще на Парк-авеню.
Мой пульс перескочил с анданте на бодренькое аллегретто.
– Сияющие кляксы? Почему мне не сказала?
Она постучала по дужкам очков.
– Я же говорила, что много чего странного вижу. Обычно меня такие штуки не беспокоят, но…
– Но если они следуют за нами, то дело плохо.
Я еще раз внимательно оглядел улицу.
Ничего особенного. Но в том, что Мэг заметила сияющие кляксы, сомнений не было. Обычно так выглядят духи. Мой отец, Зевс, однажды обратился в луч света, чтобы добиться расположения смертной женщины. (Почему смертные женщины находят это привлекательным? Спросите кого-нибудь другого.)
– Надо войти. Перси Джексон нам поможет.
Мэг, однако, медлила. Сражаясь с грабителями в переулке, она не выказала страха, но здесь, похоже, никак не решалась нажать кнопку звонка. Возможно, ей уже случалось встречаться с полубогами? И, возможно, эти встречи прошли не слишком хорошо.
– Послушай, я понимаю, что полубоги бывают разные. Я мог бы рассказать тебе кое-что о тех, кого мне пришлось убить или превратить в травы…
– В травы?
– Но Перси Джексон никогда не подводил. Бояться нечего. К тому же я ему нравлюсь, потому что научил всему, что он знает.
Она нахмурилась.
– Правда?
Ее невинность показалась мне даже очаровательной. Не знать вещей столь банальных – как это трогательно.
– Конечно. А теперь давай поднимемся.
Я позвонил и через несколько мгновений услышал искаженный до неузнаваемости женский голос.
– Да?
– Привет. Это Аполлон.
Ничего. Только потрескивание.
– Бог Аполлон, – добавил я, решив, что уточнение не помешает. – Перси дома?
Снова потрескивание… приглушенные голоса…
В двери загудело. Я толкнул ее, но в самый последний миг, перед тем как переступить порог, краем глаза уловил какое-то быстрое движение и оглянулся. На улице никого.
Отражение? Или снежинка мелькнула? А может, и сияющая клякса.
В кожу на голове словно вонзились тысячи иголочек – сигнал тревоги.
– Что? – спросила Мэг."
"– Может, и ничего, – нарочито бодро ответил я. Не хотелось бы, чтобы Мэг сбежала, когда мы оказались уже почти в безопасности. Теперь нас связывали обязательства. Прикажи она, и мне пришлось бы следовать за ней, а о том, чтобы жить у нее в грязном переулке, я и думать не хотел.
– Идем. Не будем заставлять хозяев ждать.
