Я смогла остаться в Стамбуле и, когда подрос живот, меня пригласили для рекламы белья для беременных.
Там я впервые встретила «мужчину с ромашками», как я его назвала. До сих пор не могу понять, почему не сообразила спросить его имя. Но он слишком неожиданно появлялся в моей жизни и так же стремительно исчезал. И именно в те моменты, когда мне нужна была помощь.
С другой стороны, не хотелось выглядеть излишне навязчивой. «Мужчина с ромашками» наверняка женат, у него маленькая дочь, и он проводит много времени со своим ребенком.
По крайней мере, я так думаю, раз у него в машине стоит детское кресло.
Из Стамбула я вернулась перед самыми родами. Я бы там и рожала, но турецкая медицина слишком дорогая, а у меня не было местной страховки — все контракты на тот момент закончились.
— Хорошо, что тебя не было в стране, — рассуждала Лена, — меньше шансов встретить эту твою заказчицу.
Я была полностью согласна с подругой. Богдан только мой сын, и знать о нем незачем ни Анне, ни заведующей «Эдельвейса».
После родов я быстро пришла в форму, и когда Бодьке было полгода, снова снялась в рекламном ролике для стамбульской компании. На этот раз рекламировала товары для новорожденных и для кормящих мам.
Так, наездами, я проработала почти три года. Затем в компанию пришел новый исполнительный директор, компания стала расширяться, и в нашей столице открылся филиал.
Когда руководитель филиала узнал, что я учусь заочно на инязе, он предложил мне работу уже не в качестве модели, а в рекламном отделе.
Я видела, что небезразлична Кадиру, он с самого начала проявлял ко мне интерес. Но наши отношения ограничивались только работой. Кадир был женат и очень трепетно относился к семье.
У меня была целая проблема, на кого оставить Богдана. Лена могла помочь только если не была занята на дежурствах, да и мне было жаль нагружать подругу. У нее как раз завязались серьезные отношения, и мешать ей не хотелось."
"С мамой я так и не общалась. Позвонила с Ленкиного номера только один раз, когда родился Богдан, и сказала, что она стала бабушкой.
Когда мама услышала, что я родила сама, без мужа, сразу начал меня отчитывать и причитать, как был прав отчим. Я отключилась и больше не звонила.
Кадир предложил устроить Бодьку в детский сад — частный, самый лучший. Я бы такой не потянула. Но платила компания, и я согласилась.
Малышу там нравилось, все было хорошо до того дня, как он упал с лестницы.
