Через десять минут ванная будет сверкать чистотой. Ничего страшного не случилось.
– Марк… – выдохнула я еле слышно. – О господи… – вскинула руки и закрыла ладонью глаза. – Мне жутко неловко. Прости… Я сейчас сама всё здесь уберу!
– Даже не думай, – смерил меня Абрамов сердитым взглядом. Да так, что я и шелохнуться теперь не могла. – Не принимай близко к сердцу. Я ведь сказал – ничего страшного не случилось. Она всего лишь ребёнок. Подумаешь. Я сам виноват, что показал ей, где находится ванная, а затем оставил её без присмотра.
А Соня, грея уши о наш разговор, поняла, что натворила делов. Виновато вжала голову в плечи и тихонечко пискнула:
– Дядя Марк не виноват… Мамочка, прости меня… Это я виновата… И водичка… Она побежала так быстро… Она во всём виновата… Она сама… Я ни при чём… – запуталась дочь в своих показаниях, и мы с Марком, не выдержав, прыснули со смеху.
Следом Марк подошёл к Соне и, присев рядом на корточки, заглянул в большие виноватые глаза:
– Сонечка, ничего страшного не случилось, – начал ласково, но достаточно строго.
– Ты ни в чём не виновата. Просто пообещай, что в следующий раз не будешь играть с водичкой, если взрослых не окажется рядом?
– Ты злишься?… – Соня шмыгнула носом и, кажется, вот-вот готова была захныкать. А ещё, мне кажется, одобрение Марка стало для неё очень ценным…
– Нет, малышка, что ты, – тут же заверил Абрамов, ласково гладя её по пушистым кудряшкам. – Просто ты могла пострадать, а я бы этого очень не хотел."
"– Я больше не буду, – поразмыслив с секунду, заверила Соня.
– Я всё поняла.
Марк осторожно обнял её, на миг прижав к себе с такой заботой и лаской, что у меня защемило сердце в груди.
– Молодец, что всё поняла, принцесса.
– Я больше так не буду никогда-никогда!
– Верю, малышка.
Я стояла, наблюдая за ними, и чувствовала одновременно волну смущения и благодарности.
Как у Марка получается так искусно находить с Сонькой общий язык? Положа руку на сердце, даже у меня не всегда нервы выдерживают.
Эта маленькая командирша вечно куда-то влипает, да от неё же глаз нельзя отвести.
А Абрамов… Он будто с рождения тренировал свои нервы! Вот так выдержка…
Оставалось только восхищённо коситься и прятать глаза, чтобы мои чувства и мысли были не слишком ему очевидны.
– Марк, спасибо тебе, – тихо поблагодарила, когда в ванную пришли две горничные и принялись за уборку. – Мне, правда, так стыдно… Прости…
Но Марк лишь по-доброму усмехнулся в ответ.
– Пустяки! Не бери, пожалуйста, в голову. Это всего лишь вода.
