Всё завтра.
Касаюсь головой подушки и мгновенно засыпаю.
* * *– Т-ты! Старый извращенец!
Мигом распахиваю глаза, подрываясь с кровати. Какого хрена? Что за сигнализация с утра пораньше?
Поворачиваю голову в сторону обычно пустующей половины кровати. А в этот день она нихрена не пустует. Замечаю заспанную девчонку. Но уже бодрую. Вцепилась в одеяло, спряталась за ним. Хотя, судя по плечам в белой майке, одетая. И чего прячется?
Стоп.
Ничего не понял.
– Я старый извращенец? – недоумеваю. – Ты чего несёшь? Не проснулась ещё?
– Ты какого чёрта залез в кровать, пока я сплю?! – орёт во всё горло.
– Ты что-то со мной делал? Трогал? Обещаю, я подам на тебя в суд, и плевать, что ты с моими родителями был знаком…
Выслушиваю весь этот фарс.
– Эй, неправильная девчонка-проститутка.
– Я не проститутка!
– Я вижу, аферистка, – осматриваю её критическим взглядом. – Ты то ломаешься, то сама ко мне прыгаешь в постельку. Ничего не напоминает? Нарываешься, царапаешь мою тачку. Отбиваешься, а потом кончаешь от моих пальцев…
Зачем я вспоминаю об этом?
Почему воспроизвожу в голове те ощущения? Как внутри неё было хорошо, узко и мокро…
Блять, Люба, ты мне срочно нужна.
– И сейчас. Кричишь. Но сама прыгнула ко мне в кровать. Юная аферистка. Мне что, тебя ещё и подлечивать придётся от твоих наклонностей?
– Я запрыгнула? – таращит глаза, теряя одеяло из белых пальцев. Всё же одетая. В моей футболке. Не из шкафа, а из моей ванной. – Ты сказал выбрать мне любую комнату. Я выбрала. Просыпаюсь, а тут ты, старый извращенец.
Старый.
Ну, для неё – может быть.
– Ты выбрала мою спальню. Если не заметила, тут мои вещи.
Странно, когда я заходил сюда ночью, никого не было. А! Она, наверное, была в ванной.
Чёрт.
А я-то думал, что ночью грудь в моей ладони и голая попка, утыкающаяся мне в пах, это всего лишь сон… Нет. Ни черта не сон.
Блять.
Надеюсь, я насаживал её во сне, а не в реальности.
Ярослава смотрит по сторонам, пытаясь убедиться в моих словах. Подпрыгивает с кровати, несётся к большому шкафу на всю стену.
Заглядывает в первый, где висят в один ряд белые и чёрные рубашки. Мои.
– Блять, – выплёвывает.
– Рот с мылом вымою.
Такая мелкая – и такая дерзкая.
– Хочу и буду материться, – цедит сквозь зубы.
Бесится, что не права.
А я так просто это не оставлю.
– Кто здесь извращенец теперь? Пришла на запах моего тела? – не могу не ущипнуть её. Жалко, что словами. Поднимаюсь с постели, и как раз эта девчонка оборачивается ко мне, скрещивая руки на груди.
