Хочется свернуться калачиком на кровати, позвать маму и банально поплакать.
Мамы рядом нет… Она бы подсказала. Помогла бы.
Я одна. И должна решить эту проблему самостоятельно.
Выхожу из ванной, падаю на кровать и смотрю в потолок, чувствуя, как по виску скатываются слёзы.
Ладони неосознанно опускаются на плоский живот.
Решу. Всё решу. Только завтра. Без паники, с чистыми мыслями.
Глава 49
– Я приеду на работу после обеда, – выхожу в гостиную и предупреждаю уже обозлённого на меня Громова. Ненавидит, когда мы опаздываем.
И теперь недовольно сверлит взглядом, накидывая белоснежную майку на своё тело.
– Причина?
– Плохо себя чувствую.
Не обманываю. Я прорыдала несколько часов, не зная, что делать. Уснула разбитая, с головной болью и тяжестью в грудной клетке. Проснулась еле-еле. И решила для себя, что делать дальше.
Сейчас, как только Эмин уедет, поеду в клинику.
– Вызвать врача? – хмурится. В его глазах на мгновение вижу искреннее волнение. Но оно тут же скрывается за толщей льда этого человека.
– Нет, не нужно. Выпью таблеток, прилягу, и всё будет «о’кей».
Слабо улыбаюсь. И, не дожидаясь, что он скажет, иду обратно в комнату. Сижу в тишине, слушая, когда он уйдёт.
Через минуту хлопает дверь.
А через пять я уже провожаю его взглядом через окно до машины. Он отъезжает от парковки, и я облегчённо выдыхаю. Не до конца. Но осталось поволноваться совсем немного."
"Скоро не придётся трястись, думать, как поступить.
Одеваюсь я в спешке, боясь, что что-то пойдёт не так. Заказываю такси и уже через полчаса стою перед зданием клиники.
Шага не могу ступить дальше.
Уговариваю себя подняться по ступенькам, записаться на аборт.
Поднимаю ногу – а её словно гравитацией тянет обратно.
Сглатываю и не могу ничего сделать с собой.
Блять, Ярослава, решись. Здесь нет ничего такого. Тысячи людей делают это. Ты ведь и раньше пила абортивные. Разве что-то изменилось?
Изменилось.
Тогда во мне была его сперма, а теперь маленький живой организм, который будет расти и дальше. В нелюбви.
Да и если я не сделаю этого… Громов сам меня притащит сюда.
Может, если бы любил, ещё подумал.
Но такие, как он, не любят.
Но может, попробовать? Поговорить? Спросить совета?
В груди загорается маленький огонёк надежды.
Я не знаю, что делать. Мамы нет. Только Эмин, который помогал мне всё время.
Поддерживает, беспокоится, хоть и жутко контролирует меня. И я понимаю почему. После того, что я вытворяла вначале, это логично. И он всего лишь всё держит под контролем.
