Тут отмирает и девушка, и спрашивает: - Это кто?
Ярослав, не отвлекаясь на ее вопрос, опять обращается ко мне: - Ты здесь одна?
- Почему одна? Количество жильцов прописано в договоре, все официально и законно оформлено.
Девица никак не уймется:"
"- Ярик, ты ее знаешь? Что она тут делает? А как же дом, мы же хотели дикий отдых?
Дикий отдых...? В доме с газом, электричеством, водоснабжением и канализацией, в двух шагах от кучи разных кафе и продуктового магазина? Я с удивлением смотрю на парочку. Хотя-а, если они привыкли жить в пятизвездочных отелях…
Ярослав молчит, а эта зараза опять интересуется: - А это реально – выселить их сегодня? Мы пока могли бы полежать на пляже, искупаться.
Я ответить на это не могу ничего, поскольку права голоса не имею – я здесь не хозяйка. Но вот гадость этой гадюке сделать могу легко, и я ее делаю – поднимаюсь с шезлонга. Поворачиваюсь к ним спиной и снимаю шляпу, чтобы оставить ее на лежбище, как и очки. Из-под шляпы волнистой тяжестью вырываются волосы и падают, закрывая спину до пояса.
Я не спеша скручиваю их и закрепляю большой декоративной шпилькой. Купальник на мне – одно название. В нем я подхожу к дочке, поднимаю на руки и, присев, опускаю в корыто с водой - ополоснуть от песка. Поднимаю и опускаю пару раз, оставив трусики в воде. Мира радостно попискивает – она это любит. Заворачиваю ее в большое полотенце и иду в дом. До него шагов десять. За спиной тишина... Закрываю за собой дверь на замок и выдыхаю.
Твою ж налево! Откуда он тут взялся, почему Аркадий Иванович не предупредил о его приезде? Машинально отмываю дочку, вытираю и одеваю в чистую одежду.
Похоже, что нервничаю я не зря. Вопрос стоит серьезно - о выселении. Если им нужно жилье, а сейчас гостиницы переполнены, то нас вполне могут и того… Я же совсем его не знаю – способен он на такое или нет? А если для любимой? Девушка была очень даже ничего себе, так что кто его знает?
- Папа, ты можешь говорить сейчас? Нет, послушай, тут такое дело – у нас во дворе Ярослав со своей девушкой.
Очевидно, рассчитывали на проживание. Она настаивает на нашем выселении. Он? Я не слышала, ушла и закрылась с перепугу. И что мне делать? А? Сейчас посмотрю… а нет их уже, двор пустой. Папа, что делать будем? Я и не паникую… а как не паниковать, папа? Где жить будем? Ладно, решай. Нет, маме и не собиралась звонить. Пока.
Это называется – переложить проблему на крепкие мужские плечи. Только эти плечи жалко до слез.
