Мама встретила в вестибюле.
- Сколько можно гулять? Темно уже. Ты ее заморозила. – Сдернула она рукавички со Славки и сжала ручки. – Руки замерзли. Раздевайте скорей. Я наберу ванночку, согрею и помою перед сном заодно.
Я быстро расстегнула комбинезон, выпростала ручки. Ярослав подхватил мелкую подмышки и поднял. Я мигом стащила сапожки и грязный комбинезон. Сняла шапочку, когда она уже нетерпеливо дрыгала ногами и что-то возмущенно лепетала. Перехватила у Ярослава дочку и притянула ручку к губам.
- Мам, ну ты чего? Нормальные ручки.
Ты чего панику поднимаешь? Мы чуть комбинезон не порвали.
- Давай ребенка. Ярослав, у тебя же рука-а… Как же ты?
- Я левой держал. А сейчас ладонью и большой с указательным свободны. Не беспокойтесь, Виктория Львовна. А что у вас на ужин? Я бы покушал чего-нибудь.
Он прошел в гостиную, где папа читал книгу, и они, скорее всего, обсудили сегодняшнее интервью. А мы с мамой быстро покормили Славку после помывки, и мама утащила ее спать, пока я накрывала на стол на кухне.
Когда у нас работала повар, мы питались в гостиной, которая находилась от кухни через вестибюль.
Женщина таскала приборы, еду в посуде, сервировала и накрывала стол. Мы пытались помочь, она отказывалась, мотивируя тем, что это ее работа. И мама, и я чувствовали себя неудобно. Сейчас мы кушали на кухне. Помещение почти в двадцать пять квадратных метров вполне вмещало в себя нашу семью. Большой круглый стол с удобными стульями, которые мы перетащили из гостиной вместо табуретов, был расположен около окна в пол.
За окном уже совсем стемнело, усилился ветер, тонкие ветки огромной березы, растущей у дома, гулко стегали по металлической крыше. А над нашим столом лампочка под большим тканевым абажуром, стилизованным под старину, лила мягкий желтый свет на этот уютный кусочек окружающего пространства.
Я опустила штору, отсекая комнату от неуютной поздней осени. Мы расселись вокруг стола. Мама вытащила из духовки противень с куриными окорочками и круглыми картошинками, запеченными под майонезом с прованскими травами и чесноком.
По кухне поплыл одуряющий аромат мяса и специй. Ярослав с восхищением протянул:
- Сто лет не ел куриных окорочков.
Мама запаниковала:
- Это не американские. Это с местной птицефабрики. Конечно, блюдо не диетическое, но мы же…
- Виктория Львовна, я сейчас слюной захлебнусь. Я сегодня даже не обедал, давайте уже скорее. Пахнет просто божественно, сил нет терпеть. Я еще в гостиной предвкушал этот прием пищи, не томите.
Мы рассмеялись.
