– Как прикажете, – вздохнул Мишка, собираясь с мыслями и вспоминая все, что успел наговорить уряднику. – Значит так. Господин инженер сказал, что собирал у себя в сарае дизельный двигатель. И топлива у него было всего одна ведерная канистра. Сам по себе двигатель взорваться не может, потому как он железный. А ведро солярки так взорваться не может, – закончил он, голосом выделив ключевое слово. – Не то количество.
– А какое, по-вашему, количество дизеля нужно, чтобы добиться такого взрыва? – тут же последовал вопрос.
– Много. Цистерна примерно, – попробовал выкрутиться Мишка.
– И откуда у вас такие познания во взрывном деле?
– Так нет у меня серьезных познаний, – пожал Мишка плечами. – Я просто подумал, что если горсточка солярки просто загорается, то, когда ее много, полыхнуть должно серьезно. А много – это даже не бочка. Это цистерна. Да и не взорваться она должна, а загореться. А пожара, слава богу, не было.
– Это вы верно подметили. Не было, – задумчиво протянул дознатчик, разглядывая его непонятным взглядом.
– Что еще скажете?
– А что тут скажешь? – удивился Мишка. – Я тут на досуге подумал, как оно и с чего случиться могло, и показалось мне, что кто-то очень хотел от господина инженера избавиться. Или убить, или на каторгу, не суть, главное, отсюда убрать. И выходит, искать надо того, кому это было бы выгодно.
– Ищи, кому выгодно. Откуда такие познания, молодой человек? – тут же зацепился дознатчик.
– Так я ж грамотный, ваше благородие. И газеты вон почитываю, и книжку иной раз полистаю.
Если минутка свободная найдется.
– Да, урядник рассказывал, что вы необычный молодой человек, хотя знает он вас с самого детства.
– Это верно. Господин урядник меня еще пацаном сопливым помнит, – поспешил согласиться Мишка.
– А теперь расскажите, как повел себя господин инженер по отношению к вам и вашей семье, когда выяснилось, что вы пострадали, но живы?
– А как повел? Честно. И ружье мне отдал заместо разбитого, и денег уплатил за лечение и заработка потерю. Все честь по чести.
– И что он при этом говорил? – не унимался дознатчик.
– Да, почитай, ничего и не говорил, – почесав в затылке, признался Мишка. – Дядька мой тут выступать начал, так господин урядник его осадил, а я уж решение принял, которое всех устроило. Все при Николае Аристарховиче было. Я на него и ссылался, как на человека от власти. Он свидетель, ему врать мундир не позволит.
– Да. Мундир, – задумчиво повторил дознатчик, бросив на урядника быстрый взгляд.
