Принеся домой все честно добытое, Мишка подогнал горловины насоса под диаметр рукава и, собрав всю конструкцию в кучу, выставил ее на стол, задумчиво осматривая со всех сторон.
– Это что ж такое будет, сынок? – не сдержала любопытства Глафира.
– Насос водяной.
– А зачем он тебе?
– При крепком напоре он запросто может землю размывать, – задумчиво протянул Мишка, продолжая вспоминать, все ли сделал правильно.
– Да ты, никак, решил в старатели податься?! – охнула женщина.
– А если и так, что плохого? – повернулся к ней парень.
– Тяжелое это дело. И опасное, – грустно вздохнула Глафира.
– Зато прибыльное. Сезон отработал, и всю зиму сыт, пьян и нос в табаке. А потому как я не пью и табака не потребляю, то сыты мы с тобой будем долго.
– Так мы и теперь не голодаем, – вдруг заупрямилась женщина. – Мишенька, Богом молю, откажись. Опасно это. То и дело слышишь, того хунхузы зарезали, да того убили.
– Да погоди ты голосить, мама Глаша, – рассмеялся Мишка, обнимая ее и прижимая к себе. – Я ж еще даже не уверен, что механика моя работать будет.
Да и мыть я думаю не со стороны границы, а наоборот, к горам пойду.
– А чего так? – от удивления Глафира даже перестала плакать. – Наши все ниже по реке в сторону границы идут. Говорят, там и течение тише, и всяких речных излучин и ручьев больше.
– Это верно. Да только золото у нас тут самородное, и его, годами из гор вымывая, реки тянут по течению. Вот его-то все и собирают. А я хочу до жилы добраться.
– До жилы?! Да ты в своем уме ли, сынок? – охнула женщина.
– Да тебя за ту жилу самого на жилы распустят. Это ж мечта всех старателей и купцов, которые золотом промышляют.
– Знаю, потому и хочу все тихо сделать. Вроде как на промысел уйду. Буду иногда домой возвращаться, рыбу да дичину приносить. А сам там делом займусь. Вот, кстати, по весне нужно мешок соли купить. Да свечей не забыть, тоже пригодятся.
– Да куда ж тебе столько? Мы еще из того, что взяли, едва на пару горстей наели.
– А рыбу солить чем станешь? Пусть лучше в запасе будет.
– Ты б лучше, чем с железками возиться, сети проверил, – вздохнув, проворчала тетка, погладив его по щеке.
– Раньше все вершами ловил, да это все баловство. Ты теперь мужик, и снасть тебе серьезная нужна.
– А бечева на сети у нас осталась? – задумчиво поинтересовался Мишка.
– Катушка, еще от Трифона, в сарае лежит. И челноки там же, – кивнула тетка.
– Катушка – это мало. Пойду на торг схожу.
– Сейчас денег принесу, – засуетилась Глафира.
– Оставь. Есть у меня пока.
