Как-никак десять лет скрывался на прииске под чужим именем.
— Ты хочешь сказать, что?..
— Не знаю. Но эту мысль нельзя отбрасывать. Наоборот, надо проверять.
— Но как?!
— Для этого уже предприняты все шаги. Сегодня ты приехал с Ченкой. Она одна из главных свидетелей: пусть расскажет, при каких обстоятельствах они повстречались с Набоковым и как помогли ему с Загбоем переехать сюда, с севера на юг. Это раз. Теперь дальше. Две недели назад сюда, в город, был доставлен тот самый эвенк — каюр, сопровождавший сына Набокова при сборе пушнины семнадцать лет назад.
Он уже дал показания. Осталось провести очную ставку.
— Во как! Лихо вы всё раскрутили! — выдохнул Сергей. — Одним взмахом ножа все узелки хотите развязать. И как только у вас так всё гладко получается?!
— На то мы и тайная полиция, — хитро улыбнулся Костя. — Не зря хлеб народный едим да от государя-батюшки деньги получаем.
Он замолчал, с удовольствием пригубил ещё пару глотков кваса и продолжил:
— Но это ещё не всё. Есть ещё один козырь.
— Что? — Сергей даже приподнялся с лавки.
— Пришла депеша: завтра сюда на параходе приезжает сама купчиха, Набокова Елизавета Ивановна.
— Как?! И её сюда вызвали?
— Не вызвали, сама напросилась. Пожелала с братом повидаться и узнать причину, так сказать, его обиды на семью.
— А если… это не её брат?
— Ну… вот для этого и вас всех собрали, выяснить правду.
— Да уж… — задумчиво проговорил Сергей. — Действительно, шум будет.
— Вот и я про то же. Пока молчок, никому ни слова. Завтра утром поедем в управление.
И Ченку с собой.
— Ясно.
— Ну а теперь что? На второй заход? А то банька остынет. — И хитро подмигнул: — А холодная даже женщина не греет! — И крикнул голосом хозяина через стену на улицу: — Эй! Гришка! Неси ещё дров. Мы с другом до ночи париться будем!
* * *В большой, просторной комнате уездного управления полиции тесно. Посредине зала, немного ближе к окну, за столом сидит важный следователь. По правую руку от него торопливо стучит на пишущей машинке проворная секретарь-машинистка.
Слева, распушив по огромному кожаному креслу шикарное бархатное платье, важно восседает строгая, степенная дама. Рядом с ней, на некотором удалении, сжавшись испуганной белкой, ютится молчаливая Уля. За ней на широкой скамье притихли Сергей и Костя. Напротив них, лениво посматривая по сторонам, умело скрывая маску любопытства, скучает Кивалин Захар Егорыч. А в центре комнаты, напротив следователя, на простом табурете гордо выпрямилась Ченка.
