– Уверены, что эти преступления совершает одна и та же банда?
– Почерк один, Алексей Макарович. Внезапное нападение, горы трупов – и концы в воду. Ни улик, ни свидетелей. Вряд ли это разные банды, у нас маленький город, не уживутся они тут. Вы лучше с подчиненными поговорите, у нас на третьем этаже комната оперов, а через нее проход в кабинет Вестового… в смысле, в ваш…
– Охарактеризуйте работников отдела.
– Так это… – майор озадачился. – Нормальные все парни, к работе подходят ответственно, стоят, так сказать, на страже… Олег Дьяченко, старший лейтенант милиции – у него со здоровьем проблемы, но работает, умный парень, – майор помялся, – бывает, выпьет, но кто из нас без греха? Сам он местный, осенью 45-го из армии демобилизовался, жену-красавицу с собой привез – она медсестрой была в медсанбате…
Конышев Петр Антонович – это старый зубр, ему уже под пятьдесят, тоже не совсем здоров, но бегает.
В рабоче-крестьянской милиции, считай, со дня ее основания. Потом сменил профессию, учителем литературы работал, потом опять на службу вернулся – бывает такое в нашей профессии… Он из соседнего Кштовского района, в войну партизанил, семью каратели расстреляли…
Младший лейтенант Пашка Чумаков – ну, этот балагур, молодой, палец в рот не клади.
Сообразительный паренек, сам из Одессы, в войну служил в морской контрразведке…
Егор Гундарь – сам из Белоруссии, прибыл в наш город год назад, особистом служил на 1-м Украинском, тоже демобилизованный. Мрачноватый, но толковый…
Стас Вишневский – тоже молодой, весь из себя такой красавчик, бабы пачками под ноги падают.
С Карельского фронта он, участвовал в прорыве блокады, сам из Ленинграда, там у него вся родня похоронена… Кто там еще?
Куртымов с Петровым. Оба старшие сержанты, Коля Петров – с Донбасса, Ленька Куртымов – с Вологды… Да нормальные ребята, – вынес заключение майор. – Пулям не кланяются, да и головой поварить не дураки. Это ты сам в их подноготную вникай, Макарович, – Черепанов ненавязчиво перешел на «ты». – У всех отдельное жилье в городе, в зоне пешей, так сказать, доступности от отделения, чтобы нарочный, если что, мог быстро оповестить.
Гундарь жил в общежитии, но съехал на квартиру. Семейных только двое – Дьяченко и Куртымов. У первого – жена, у второго – еще и дочь восьми годков – не его, а приемная, он себе жену с уже готовым приплодом в деревне под Псковом подобрал, когда леса прочесывали…"
"Ладно, Макарыч, иди, разбирайся со своей армией, а у меня, извиняй покорно, своих дел куча.
