– А я тебе чего?
– Мне бы плёночку посмотреть за вчера, в районе двадцати часов вечера.
– Ага, я тебе пленку, а меня потом взашей отсюда? Какая-никакая, а копейка. Попробуй на одну пенсию вырастить сынка-лентяя, просиживающего портки в кресле перед компьютером. Бабка все твердит, что он гений, вот только денег от его гениальности не прибавляется, дед раздухарился так, что даже сквозь седую реденькую бородку просвечивал густой румянец гнева.
– А я ж говорю – проспонсирую, а если твой сын и впрямь такой гений, то и работку ему подкину.
Ты только телефончик ему мой передай и все, считай дело в шляпе.
– А не обманешь случаем?
– Нет, дед, не обманываю я женщин и стариков.
– Ой, паршивец, – рассмеялся дед, осматривая мою покарябанную рожу. – Мордень-то небось муж ревнивый начистил? Хотя, все правильно сказал, не обманываешь только баб, а вот про мужиков ихних не говорил."
"Дед достал из внутреннего кармана старенькую нокиа, и стал быстро жать в кнопки, время от времени густо матюгаясь на бесполезную пластмассовую коробку.
– Мать, дай недоросля нашего. Потом поест, – рявкнул дед, а потом закрыл рукой динамик. – Он подрабатывает у нас в комплексе. За камерами следит и прочее, если и нужно говорить, то только с ним, а я так… Пугало огородное от ворон и хамских грабежей.
Договорившись с сыном охранника, я аккуратно положил упругую стопку банкнот на стол и вышел на парковку. Зима окончательно сдала свои позиции, и теперь весенний ветер ласково теребил мою нестриженую макушку.
Дышать стало легче, веселее.
– Да, – ответил на звонок, даже не взглянув на экран.
– Оклемался, бродяга? – голос Наскалова звучал как-то натянуто.
– Давай к делу?
– Завтра вылет, билеты у Моисея.
– С чего это? Я никуда не собираюсь, – сдерживаясь, чтобы не застонать, залез в машину и вытянул ноющую ногу.
– Теперь собираешься.
– Наскалов, ты прекращай говорить загадками, а то я тоже несколько знаю.
– Вы летите в Австралию через Москву, а мы с Янкой прямиком. Не хочу сюрприз портить, – голос друга изменился. Готов был поклясться, что он смутился и замешкался.
– Что? Сдаешься? – Смех вырвался наружу, впрочем, я даже не пытался сдержаться. Еще год назад я бы ни за что не поверил, если б мне сказали, что Скала сломается под натиском обаяния Моисеевой, но теперь, когда все было реально, стало немного страшно.
