Минут через десять он уже собрал вокруг себя кружок сочувствующих. Добровольные советчики менялись. Глеб видел, что пока все это народ для него бесполезный, но не расстраивался. Молодой человек копался в машине, и краем глаза следил за дверью второго подъезда. И вот дверь раскрылась, и к Михееву зашагал сухенький дедок. Сыщик насторожился. Дедуля мог оказаться тем, кого он ждал, и ради кого затеял весь спектакль с ремонтом. Старичок, как потом выяснилось, жил на первом этаже, как раз под квартирой Марины Васильевны.
Это Михеев обнаружил, когда доброжелательный дедушка выдал ему ведро горячей воды из своей ванной. Михеев в квартиру старичка заходить от «смущения» не стал, а пока тот наполнял ведро, пробежался по лестнице и увидел, что сорок восьмая квартира находится прямо над ним. Деда звали Гаврилой Никитичем, и был он одинок, потому, что супруга его скончалась от рака, а дети обитали в другом районе.
«Жигуленок» никак не хотел заводиться и Гаврила Никитич искренне старался помочь.
Кроме пенсионера в «ремонте» продолжали принимать живое участие два пацана, подростки Витя и Слава. От них Михеев пользы не ждал, но терпеливо сносил их активное присутствие. К его удовольствию, мальчишкам скоро надоело торчать возле машины, и они убежали. Разговорить Гаврилу Никитича на бытовые, не связанные с автомобилем темы, оказалось не просто. Пенсионер сам владел стареньким «Москвичиком» Ижевского завода, и железки любил страстно. Он не мог понять, почему «жигуленок» Михеева не заводится, и это возбуждало его азарт.
А не заводился движок, потому, что Глеб ввернул в него негодные свечи. Эти свечи Михеев давно заменил на новые, но выбросить забыл. Теперь они неожиданно пригодились. Гаврила Никитич посоветовал «неудачливому» автомобилисту, пойти к нему на кухню и на газовой плите свечи прожечь. Молодой сыщик охотно согласился, но перед тем, как воспользоваться приглашением, тщательно вытер руки, и забежал в соседний магазин. К доброжелательному старичку он явился с пакетом провизии и под предлогом собственного голода, что имело место в действительности, предложил тому вместе закусить.
За столом, маленькой кухоньки пенсионера, разговор принял более общий характер. Михееву был показан семейный альбом, боевые ордена и медали, почетные грамоты и знаки за ударный труд во времена «развитого» социализма. Показ сопровождался подробнейшим комментарием. Глеб выказывал интерес и как мог, подбадривал рассказчика.
