– Категорически отказался Иван Григорьевич, старательно записывая имя и фамилию новой фигурантки: – Ты с Любашей говорил, и сам звони. Ты женщинам лапшу на уши вешать умеешь, а мне такого таланту Бог не дал.
Ерожин кисло усмехнулся и набрал номер своей бывшей квартиры. Теперь в Чертановсчкой башне проживала чета его помощника.
– Я с вами. – Твердо заявила Люба, поняв, что Ерожин направляется по следам ее Глеба.
– Девочка моя, мне одному будет проще его найти. – Слабо возразил подполковник, но Люба и не дуиала его слушать:
– Он мой муж и я имею право.
– Тверда заявила Михеева. Возразить на это было нечего и Ерожин сдался.
– Ладно, через пол часа спускайся вниз, да прихвати что-нибудь пожевать. Пилить придется долго. – Предупредил Ерожин и, пожав руку генералу, покинул офис.
* * *Марыся Шагрова лежала на тахте, покрытой тигровой шкурой и принимала массаж. Одежд на ней не было, если не считай браслета из золотой змейки на ее запястьи. Александр Афонин старательно проминал каждый сустав позвоночника красавици.
Лицо массажиста эмоций не выражало. Перед началом процедуры хозяйка сообщила, что трахаться не желает и Афонину ничего не светило.
Марыся сегодня была не в духе. Долгая работа по охмурению профессора Мюллера завершилась крахом. Но Марыся не только жалела упущенных от своей аферы прибылей, аферистка боялась. Боялась она вовсе не стражей закона. Марыся была уверена, что действовала так, что под статью ее не подвести. Она будет утверждать, что влюбилась в старика по настоящему, и не противилась его браку со своей знакомой из самых благородных побуждений.
Оставалась генеральная доверенность. Но об этом просил ее сам Мюллер и она лишь выполняла его волю. Если они смогут доказать, что она спала и с академиком Понтелеевым, так и это не возбраняется законом. «Такой у меня вкус, люблю пожилых мужчин.» – Имела она готовый ответ на подобный вопрос.
– Саша, поосторожнее. Ты мне спину сломаешь. – Поморщилась Марыся под мощными лапами своегно телохранителя.
Афонин появился в ее жизни странно.
Марыся его получила вместе с наводкой на академика Понтелеева год назад. Она только что удачно закончила свою очередную аферу с коллекционером Кальманом Захерсоном. Восьмидесяти двух летний еврей не устаял перед ее чарами. Он только похоронил свою престарелую супругу, Дину Львовну. Марысе нравилось брать себе псевдоним от покойной женушки очередной жертвы. После Мюллера она подумывала, что имя Эльза ей очень подойдет. Кальмана она уморила за три месяца.
