– Ты, пацан, случайно не из этих? – Покосился на напарника Фирсов.
– Из каких, этих? – Глеб сразу подумал, уж не прокололся ли он где-нибудь.
– Ну, из тех, что в тельняшках. Не из морячков? – Уточнил Клим.
– Из них. Служил на флоте. – Облегченно вздохнул Михеев.
– Тогда тебя не перепьешь. Вас на волне сильно закаливает. А насчет, кому сегодня выступать, решать оставь мне. Пока ты у меня второй водитель и должен мое мнение уважать. – Серьезно заявил Фирсов.
– Не возражаю. – Легко согласился второй водитель.
Расплатившись на стоянке, напарники вышли на улицу, и Фирсов вытянул свою огромную рыжую лапу.
Старенькая «волга» универсал лихо свернула к ним и с визгом притормозила. Клим назвал адрес, и они покатили по Кольцевой на Восток. Михеев не очень любил пьяные застолья, но решив, что это самый короткий путь к получению информации, с предстоящей пьянкой смирился. Он помнил, что однажды, шеф спросил «Пить умеешь»? Глеб тогда не понял, что Ерожин имеет ввиду. Петр Григорьевич пояснил: – «Это значит, жрать водку как свинья, но оставаться джентльменом».
Михеев запомнил. Они свернули на Щелковское шоссе, проехали по нему не больше километра и, крутанув налево, под стрелку, оказались в районе Измайлова. Водитель притормозил у двенадцати этажной башни на Второй Парковой.
– Приехали. – Сообщил Клим и расплатился. Глеб отметил, что кошелек напарника с трудом вмещает сторублевки. Они вылезли из «волги», и Михеев послушно зашагал за конопатым «начальником». Клим направился в универсам и, оставив Михеева у входа, исчез в толпе.
Вернулся он минут через двадцать, с трудом справляясь с покупками.
– Закуски забери. Рук не хватает. – Позвал Фирсов и Глеб понял, что помощь нужна. Банка с солеными огурцами, вовремя подхваченная Глебом, чудом не разбилась. Глеб покосился на пакет с бутылками и понял, что испытание для его организма предстоит не шуточное."
"Из универсама они вернулись к башне и поднялись на одиннадцатый этаж. Выйдя из лифта, Фирсов опустил пакеты с покупками на пол, и долго рылся в карманах в поисках ключа.
Ключ был найден, и напарники внесли в квартиру весь боекомплект предстоящего пира. Клим с ходу врубил свой музыкальный центр, и лихой ударник сотряс стены однокомнатной квартирки. Михеев почувствовал, что внутренности у него задрожали, поморщился, но решил не портить хозяину праздника. К комнате у Фирсова сидеть было не на чем. Кроме надувного матраса и огромного, изрыгающего адский шум, музыкального центра, Глеб там ничего не увидел.
