С кем не бывает?
Подумаешь, мне всю ночь снились непотребства с ним в главной роли. Подумаешь, он поимел меня в прихожей. Потом на кухонном столе и немного в моей спальне…
Какая вообще разница, учитывая, что за него пришлось отдуваться Биберу. Столько этот малыш ещё не работал…
А сегодня утром я безбожно проспала. Кое-как смогла разбудить Варю. Кое-как собрала её в садик, увезла туда, а уже в машине, когда села перевести дух, обнаружила, что забыла сумочку и документы дома.
Пришлось возвращаться.
А ведь утром, выезжая со двора, я так сильно радовалась тому, что не пересеклась с Лёшей.
И даже моя машина не была перекрыта его.
Всё так хорошо начиналось, если не считать того, что Варя спрашивала про Лёшу. И сейчас этот самый Лёша, стоило мне войти в лифт, резко изобразил морду кирпичом и уткнулся в телефон. Можно подумать, мне после вчерашнего легко. Хотя, мы оба вполне могли бы и не делать вид, что поцелуя не было. В конце концов, не потрахались.
Хотя, у Бибера на этот счёт наверняка другое мнение…
Разве могло быть что-то хуже, чем встретиться с ним в одном лифте?
Конечно! Мы застряли в этом чертовом лифте.
В кабинке, которая с каждой минутой словно специально становилась всё теснее и теснее.
Это мне наказание за грехи этой ночи. Не иначе.
Только от осознания того, насколько Лёша сейчас близок ко мне, я поняла, что Бибер моё вчерашнее состояние нисколько не облегчил. Наоборот, лишь усугубил его.
Стены металлической коробки будто специально толкали нас друг к другу.
Я старалась держаться от парня подальше.
Смотреть в какую угодно сторону, только не в его.
Я даже придумала оправдание его сегодняшнему поведению — он тупо испугался. Поцеловал, потому что насмотрелся за вечер на мою грудь и не сдержался. А потом понял, что рискует влипнуть по-крупному, ведь у меня есть дочь, которая со вчерашнего вечера официально от него без ума. А этому парню едва ли нужны настолько серьёзные обязательства, которая свалятся на его голову снежной лавиной, стоит ему вновь перешагнуть порог моей квартиры.
Ну, или он попросту понял, что я для него старая бабка, и уютные домашние вечера перед телевизором — не для него.
В лифте становилось душно. Тряска воротом блузки уже не помогала освежиться.
Лёша смотрел куда-то в угол лифта под моими ногами и, кажется, превратился в хмурую статую. Пользуясь тем, что он не смотрит на меня, я отвернулась и сняла пальто, повесив его на локоть вместе с сумочкой, в которую запихала папку с документами.
