Она просила отвезти её на кладбище. К маме.
— Марьяна… это… — ещё сонным мозгом я попытался вспомнить, о ком речь. Через пару попыток вспомнил, что Макс приютил у себя какую-то девчонку. — А, понял. А что у неё?
Он не вдавался в подробности, а я, как обычно, не спрашивал. У нас это как-то не принято — колупаться в личном.
— Мама на днях умерла. Марьяна только отошла. Сам понимаешь, пока не могу оставить её одну. По крайней мере, не эти дни. Там сегодня встреча. По твоим объектам. Поприсутствуй. Ты в курсе дел.
— Понял, — бросил я. — За старшего, так за старшего.
Закончив звонок, я ещё долго лежал в постели. Воспоминания о родителях, которых убили, когда мне было двенадцать, перекрыли собой все другие мысли.
Брат долго скрывал, что произошло на самом деле, выдавая всё за несчастный случай. Но затем я узнал, что всё далеко не так. Родителей убили, жестоко расстреляв из автоматов. Конкуренты. Просто так. Среди белого дня. Двух безоружных людей, которые просто в этот день ухали на работу.
Брат наказал заказчиков.
Наказал исполнителей. Положил несколько лет на то, чтобы решить всё по закону, не прибегая к грязным методам, хотя, уверен, ему очень хотелось этого. Но родители бы не одобрили.
А я с юных лет ношу с собой пистолет. Почти везде.
Не знаю, что это за хрень.
Триггер, наверное, какой-то. В случае пиздеца не хочу оказаться безоружным. Если не смогу защитить себя полностью, то хотя бы сдохну, прихватив с собой пару ублюдков.
Сегодня не стал терроризировать соседку на «матизе».
Уехал раньше обычного. В офисе особо не слушал, о чём говорили. Присутствовал только физически, периодически кивая, когда слышал вопросительные интонации в свой адрес. Позже скинут бумаги, ознакомлюсь."
"После обеда свалил, предупредив, чтобы по всем вопросам звонили только мне, и брата не трогали.
Через цветочный приехал на кладбище к родителям.
Увидел по паре свежих цветов на и могилах. Значит, Макс здесь уже был.
Аккуратно возложил по букету на могилы родителей и сел напротив на небольшую скамейку.
Ничего не говорил. Ни вслух, ни мысленно.
Растирал руки, пытаясь согреть их. Конец октября. Почти ноябрь. кто-то уже надел зимние куртки, а я всё гуляю в косухе.
Иногда поднимал взгляд на фотографии на памятниках. Но тут уже опускал. Странное внутри ощущение. Будто стыдно за что-то.
Может, за то, что впустую живу. Прожигаю.
Хотя, про работу так не скажешь. Единственная сфера, в которой я максимально ответственен, хоть Макс иногда думает иначе.
