Всего за несколько минут моя вера в мужчину, к которому еще вчера признавалась в любви, дала трещину, и пока из глаз не брызнули слезы, я нажала на отбой.
""Лучше ничего. Лучше тишина"", — сказала сама себе и отшвырнула телефон.
Тогда в обед мне казалось, что все худшее, что могло со мной произойти, уже случилось. Крылья обрезали, хрустальную туфельку раскрошили в песок, и назад дороги уже не было.
Мне хотелось белугой реветь от того, как по-дурацки все вышло. Скрутиться эмбрионом как маленькой и обрыдаться от отчаяния и злости.
Мне было плохо. Но если бы я только могла догадаться, что это еще не конец…
* * *Дима
Я как дурак смотрел на погасший экран телефона. Эта неугомонная девчонка бросила трубку, не дав мне ничего объяснить! Вот так просто. Крика испугалась. Неженка, мать ее! А то, что ее дружок натворил, будто ничего и не значило! От злости хотелось запустить мобильный в стену. Чудо, что сдержался.
Идиотизм редкостный! Минута прошла, но голос Лики все еще звенел в голове. Она обвиняла меня в жестокости, не понимая, что главный злодей во всей этой истории не я.
Вроде не дура, а дважды два сложить не сумела.
Как вообще можно было быть такой слепой? Как защищать урода, использовавшего ее, как ширму? Окажись этот сучонок рядом, понял бы, что встреча с Севой была легкой разминкой. Отделал бы. И за меня, и за центр, и за саму наивную девчонку.
Вчера щенок подсунул ей компромат на меня. Завтра мог скормить информацию еще о ком-нибудь. А что потом? Что, если следующий «счастливчик» не станет разбираться, кто виноват и откуда левые факты?
Меньше всего хотелось заниматься промыванием мозгов, да еще насильно, но пора было донести до Лики правду.
Чтоб поняла, в какую историю затянул ее обожаемый Тема. Чтобы не лезла больше в передряги, из которых есть шанс не выбраться.
Секретарша даже не пикнула, когда я вылетел из кабинета, проигнорировав ее с протянутыми документами. Притормозить пришлось только у парковки.
— Уходишь? — Сева догнал меня уже у машины.
— Да, дело есть. Срочное, — открыл дверь.
— Что делаем с Островским? — полетело мне вдогонку. Именно его фамилия всплыла в ходе «милой беседы» с дружком птички.
— Всё потом, Сева! Потом.
От злости даже собственная месть отошла на второе место. Сейчас мог думать лишь о том, как буду вправлять мозг пичуге. Заставлю её меня слушать. Уж будучи лицом к лицу, она не сможет проигнорировать правду.
Дорогу к дому Лики практически не запомнил. Несся, превышая скорость, пару раз кого-то подрезал.