Тогда я попробовал включить свет (ночь в день я обратить пока не мог, но хоть посветлее сделать хотелось), и ничего у меня не вышло. Возник страх. Я не испытывал страха в фазе еще со времен первых своих опытов. Короче, я понял, что фаза какая-то сегодня плохая, и решил ретироваться, ибо такой непривычный и забытый ужас накатывал волнами.
С возвращениями у меня все в порядке – я закрыл глаза в фазе и полностью расслабил и разум, и тело. Через несколько секунд я уже лежал в кровати, накрыв голову подушкой.
Снова было все в порядке, и я собрался вставать от греха подальше, но был остановлен тьмой, которая постепенно сгущалась и застилала глаза, причем так настойчиво, что я растерялся. Тогда я решил, что единственный способ что-либо изменить – это встать с кровати, и поскорее, иначе это может плохо для меня обернуться. Мне это удалось. Но темнота не отступала, и я натыкался на предметы в комнате. Переворачивая их, я, в конце концов, свалился на пол и через несколько минут оказался в стазисе (назову это так).
В черном, непроглядном стазисе, где идея движения не имеет даже права на существование. Вот тут я уже не берусь говорить, сколько там провисел, потому что чувства времени не было совсем. Как и мыслей. Внутренний диалог совсем заглох, и я даже насильно не смог бы заставить его вернутся. Вы можете себе представить мое состояние? В конце концов я предпринял попытку сконцентрироваться на тактильных ощущениях, исходящих из реала. Хотя на тот момент сильно сомневался, что этот самый «реал» вообще существует.
Получилось. Очнулся по-настоящему. Встал. Записал.
Оказалось, что с момента, как я сходил попить чай, все происходило в фазе, и это хорошо, потому что, падая, я сломал стул, и было бы очень обидно, произойди это на самом деле.
АЛЕКСАНДР ЛЕЛЕКОВПрограммист. Санкт-Петербург, Россия• Во сне я передвигался огромными прыжками, гораздо длиннее, чем у кенгуру, метров по 100–300. Мне такое снится регулярно, и обычно я сразу понимаю, что нахожусь во сне.
И вот, во время одного из прыжков я прямо в полете осознал, что сплю и что точкой моего приземления будет небольшой грязный пруд. Как и предполагалось, я приземлился именно туда, ушел глубоко в воду. И в этот же момент оказался в трафарете, с руками и головой, наполовину отделенными от него.
Я немного занервничал, что и эта попытка входа в фазу будет безрезультатной, поэтому незамедлительно попытался разделиться с телом.
