— Это все Эмма… — говорит тихо, — она еще накануне сказала, что пойдем в крутой клуб с Кириллом и его другом Тимуром.
— И попросила мне ничего не говорить?
— Потребовала, — округляет Маринка глаза, — сказала, что ты не умеешь себя вести на людях.
— Я не умею?.. Очень интересно, а что же такого я делаю на людях? Пукаю?.. В штанишки писяюсь? Или сморкаюсь в рукав?..
— Что она постоянно за тебя краснеет… — договаривает еще тише.
Ну, примерно так я и думала. Эмма боится, что из-за меня однажды ей вовсе запретят появляться в приличном обществе, если так можно назвать отвязные вечеринки, где пьют, курят и сосутся при всех.
— Ты, выходит, тоже так думаешь? — смотрю на нее сверху вниз, пока она, сидя на корточках у моих ног, втыкает булавки в ткань.
— Нет!.. Вернее, если честно, ты, действительно бываешь иногда резка, но ведь… они сами тебя вынуждают.
— И почему же тогда ты послушалась Эмму?
Маринка опускает глаза. Зажав ткань на моем боку двумя пальцами, скрепляет ее булавкой и поднимается на ноги.
— Она сестра Кирилла, Жан… ты же сама должна понимать… — проговаривает на грани слышимости, никак не рискуя посмотреть мне в глаза.
— Боишься остаться без работы? Ты серьезно думаешь, что у нее такое влияние на брата?"
"— Ну… она говорит, что он во всем слушается ее…
Маринка либо глухая, либо слепая, либо просто недалекая, если считает, что Эмма имеет на брата какое-то влияние. Да, они нормально общаются, но на моей памяти он не поддержал ни одной ее инициативы, забраковал оба ее сценария праздников и до сих пор не доверяется переговоры с заказчиком.
Так что, она для него лишь послушный исполнитель и звено между ним и нами, без которого его бизнес точно не развалится.
— И решила, если она попросит его, он тут нас всех уволит? — усмехаюсь я.
Маринка подавленно молчит. Жестом руки велит мне снять жакет, забирает его и тяжело вздыхает.
— Клуб какой-то крутой, — говорит тихо, — мне не понравилось, — понятно, что Эмма себе парня богатого ищет, а мы-то тут при чем?.
. Они все смотрели на нас, как на обслугу. Один даже сказал, принести ему пива.
— И ты принесла?
— Нет… спряталась от него, — бормочет Маринка, — там еще этот был, который олигарх…
— Данилов?.. — подсказываю я, невольно застыв на месте.
— Да, — понижает голос, — пришел с какой-то дылдой, почти с него ростом, а через полчаса исчез куда-то.
— А дылда?..
— Там осталась, но… потом тоже пропала.
Ого! А магнат, оказывается, не свободный.
