— Да… Дани… лов…
Меня уносит, едва чувствую ее вкус. Толкаюсь языком глубже.
Дженни сопротивляется бешено. Хлещет меня ладонями, а затем, заведя руку за шею, вонзает ногти в кожу.
Думает, что меня это остановит.
Сгребая волосы в кулак, оттягиваю их назад и углубляю поцелуй. Жанна отчаянно отбивается, но на миллисекунду замирает когда пытаюсь облизать ее язычок.
Башка пустеет, пах, напротив, наливается кровью и раздувает ширинку.
Я скучаю, блядь!!! Я же люблю тебя!..
Внезапное озарение ослепляет вспышкой. На секунду теряю контроль и получаю вторую пощечину.
— Ты больной?!?! — выкрикивает сиплым голосом, — ты конченный, Макс!..
— Иди сюда!.. — рычу, слизывая кровь с губы, — сука… свела с ума…
Заграбастываю ее, пихающуюся, кусающуюся и матерящуюся, как сапожник, прижимаюсь лицом к ее шее и дышу как долбанный наркоман.
— Хватит… все, отпусти меня…
Тычок в живот, второй слабее, и Дженни затихает.
— Пусти меня, Макс, — говорит уже спокойнее.
— Не хочу… не могу…
— Придется. Я не разрешаю тебе прикасаться, мне неприятно.
Не ври. Все я чувствую и все понимаю.
— Жанна… мы созданы для того, чтобы прикасаться друг к другу.
— Что ты несешь?..
— Ты могла бы… — отстраняюсь, чтобы посмотреть в ее глаза, — могла бы забыть про мою свадьбу и про мою невесту?..
— Что?..
— Притворись, что ничего этого нет.
Сощурив глаза, она какое-то время просто смотрит на меня. Затем, моргнув несколько раз, жмурится.
— Ты реально конченный, Данилов. Я отказываюсь верить своим ушам.
Опираясь ребром ладони о подголовник, приближаю свое лицо так, чтобы чувствовать ее дыхание.
— Если я скажу, что брак договорной. Что мужем и женой мы с ней будем только для нотариуса и акционеров компании ее отца.
— Из-за денег, значит, все?..
— Мы с десяти лет знали, что поженимся, — говорю, заметив, как тут же потускнел ее взгляд, — я должен встать во главе компании будущего тестя.
— А он сам?
— Он умирает, Дженни. Рак.
— Мне жаль, — произносит без раздумий, — но… в договорной брак я не верю. Я видела вас вместе.
— И что?..
— Я видела, как она смотрела на тебя. Она точно не в курсе, что ваш брак договорной.
— Я смогу убедить ее…
Хмыкнув, Жанна начинает смеяться. Но вскоре смех ее становится отрывистым, и она, внезапно замолчав, прячет лицо в ладонях.
— Женись ты хоть на девяностолетней бабуле, Максим, я бы не пошла на это… — убирает руки и быстро смахивает слезу, — я не планировала становится любовницей женатого мужика.
— Да, знаю, — вздыхаю, выпрямляясь в кресле.
